Во вторник в Мосгорсуде начался процесс по делу сотрудника Института США и Канады Игоря Сутягина. Заведующему сектором военно-технической и военно-экономической политики Соединенных Штатов инкриминируется ст. 275 УК РФ (государственная измена в форме шпионажа).
Игорь Сутягин был арестован 27 октября 1999 года в Обнинске Калужской области. Через несколько дней ему было предъявлено обвинение в госизмене. Как заявило следствие, Сутягин собирал и передавал секретную информацию представителям американской разведки. Согласно материалам дела, в феврале 1998 года, во время командировки в Великобританию, ученый познакомился с сотрудниками консалтинговой фирмы Alternative Futures, зарегистрированной в Лондоне. По данным ФСБ, учредитель фирмы Шон Кидд и сотрудница Надя Локк являются кадровыми сотрудниками американских разведывательных служб. В мае 1998 года, утверждают следователи, Сутягина завербовали, и на протяжении 2,5 лет он получал задания. Он встречался с американцами в Великобритании, Венгрии и Бельгии и передавал им материалы, содержащие секретные сведения.
По данным следствия, Игорь Сутягин заработал на продаже информации больше $25 тыс.
Как указано в материалах дела, Игорь Сутягин передал за границу аналитические материалы об истребителях нового поколения — так, Надя Локк получила от него подборку данных об особенностях конструкции и боевых возможностях самолета МИГ-29СМТ, модернизации самолетов СУ-27 и аппаратуре, устанавливаемой на них. Кроме того, Сутягин, по данным ФСБ, передавал материалы об особенностях конструкции и вооружения АПЛ типа Akula (в России эта подлодка проекта 971 известна как «Гепард»). Также ученого обвиняют в передаче информации о новой зенитной системе С-400, структуре военного бюджета, проблемах противоракетной обороны, слабых сторонах отечественных вооружений, планах боевой подготовки ВВС РФ, состоянии сил и средств ПВО и т. д
Сам Сутягин не отрицал, что действительно передавал иностранцам информацию о Российских вооруженных силах, однако ничего секретного, по его словам, в ней не было, так как он делал подборки по материалам прессы – то есть из открытых источников.
Тем не менее Сутягин был заключен в Калужский СИЗО. В 2001 году по его делу начался процесс в Калужском областном суде. Прокурор потребовал приговорить подсудимого к 14 годам лишения свободы. Однако 27 декабря 2001 года суд отправил дело на дополнительное расследование, заявив, что «следствие не конкретизировало, какие именно сведения Сутягин использовал в ущерб безопасности Российской Федерации». Расследование продолжилось, и Сутягина не выпустили из следственного изолятора.
Летом 2002 года его перевели в Москву, в СИЗО «Лефортово». Летом 2003 года дело было передано в Мосгорсуд. После этого защита Сутягина потребовала суда с участием присяжных, который стал возможным с вступлением в силу нового уголовно-процессуального кодекса (УПК) России. В понедельник, 3 ноября 2003 года, на заседании Мосгорсуда были выбраны 12 основных и 4 запасных присяжных заседателя. Так как на «деле Сутягина» стоит гриф «совершенно секретно», с них была взята подписка о неразглашении — если они ее нарушат, им грозит уголовная ответственность.
Во вторник в Мосгорсуде процесс был прерван до 5 ноября, едва начавшись.
Адвокаты Сутягина опротестовали оглашение прокурором обвинения.
В соответствии со ст. 335 УПК прокурор Евгений Найденов должен был огласить сущность обвинения или постановление о предъявлении обвинения. Но вместо этого, как заявила защита, он начал «перечислять поездки Сутягина и обстоятельства, которые ему не инкриминируются».
Как пояснил корреспонденту «Газеты.Ru» адвокат Борис Кузнецов (признан в РФ иностранным агентом), во время предварительных слушаний защита обратила внимание на то, что постановление о предъявлении обвинения меньше, чем текст обвинительного заключения Генпрокуратуры, тогда как эти документы должны быть равны по объему. В частности, по словам Кузнецова, в обвинительном заключении указывается еще пять эпизодов, которые не вменяются Сутягину. «Мы предлагали вернуть дело для пересоставления обвинительного заключения, — сообщил Кузнецов, — но представители обвинения заявили, что будут действовать только в рамках постановления о предъявлении обвинения, и судья с ними согласился».
Тем не менее на первом заседании суда прокурор Найденов начал читать именно обвинительное заключение. Защита Сутягина тут же заявила протест. Судья Петр Штундер удалил присяжных из зала суда и предложил прокурору огласить только суть предъявленного обвинения. Но представители Генпрокуратуры категорически от этого отказались. Как сообщил Кузнецов, адвокаты предложили возвратить дело в Генпрокуратуру, чтобы они переделали обвинительное заключение. Для разрешения ситуации суд объявил перерыв до среды.
Как сообщают адвокаты, такое поведение Генпрокуратуры только на руку защите. «Если они (обвинение — «Газета») будут упираться, то мы заявим, что обвинение заседателям просто не предъявлено, — заявил Борис Кузнецов, — и потребуем прекращения дела и освобождения Игоря Сутягина прямо в зале суда».
Впрочем, вне зависимости от хода судебного процесса освобождения ученого будут добиваться правозащитники. Они неоднократно заявляли, что держать подследственного 4 года в СИЗО незаконно.
Адвокаты Сутягина подавали в Верховный суд ходатайство об освобождении Сутягина под подписку о невыезде, но высшая судебная инстанция отклонила их требование.
Перед началом нового процесса над ученым правозащитная организация Human Rights Watch (признана в РФ нежелательной организацией) заявила, что Сутягин должен быть освобожден. Как сказал замдиректора московского представительства организации Александр Петров, «Игорь Сутягин уже четыре года находится под следствием по сфабрикованному обвинению, и мы требуем его освобождения».
