Почему политики носят красное

Выражение «эффект красного платья» хорошо знакомо тем, кто работает в рекламе: считается, что женщина в таком наряде может продать все что угодно, потому что оно делает ее более сексуальной, а секс – и в этом по-прежнему уверены маркетологи – продает. Подтверждение своей теории они находят в науке. Профессиональное издание AdWeek цитирует в связи с этим Дженни Дэррок, автора книги Why Marketing to Women Doesn't Work («Почему маркетинг не работает в отношении женщин»): «Во все времена существовала общепринятая ассоциация с красным платьем: это любовь, вожделение и секс».

Lust («вожделение») – это, кстати, один из официально существующих оттенков красного.

В 2014 году психолог из нью-йоркского Университета Рочестера Адам Пазда провел исследование, результаты которого показали: женщины в красном кажутся мужчинам доступными из-за «биологически обоснованной предрасположенности к восприятию красного как сексуального сигнала». Он утверждает, что самки приматов в период готовности к зачатию краснеют, что подает самцам сигнал – можно. Работы Адама Пазды показали, что и люди считывают красный как сексуальный призыв (и можно без зачатия).

Примечательно, что дальнейшие исследования этой исследовательской группы продемонстрировали, что на женщин дамы, одетые в красное, производят эффект, скорее, негативный – рассматривая фото девушек в алом, они отзывались о них неодобрительно.

Если для маркетологов этот цвет означает «секс», то для политических имидж-консультантов это прежде всего — «власть». И этому объяснение находят уже в истории.

Дело в том, что красные красители для тканей — марена, кармин, кошениль — всегда были чрезвычайно дороги. Особенно кармин — он давал роскошный глубокий багровый оттенок. Именно поэтому позволить их себе могли только богатые влиятельные люди благородного происхождения.

В Древнем Риме носить пурпурные одеяния имел право только император.

Бархатные одеяния такого цвета можно увидеть и на парадных портретах короля Генриха VIII: в тюдоровской Англии красный бархат носили только монархи и аристократия – англичане рангом ниже рыцаря не имели права надевать красную одежду (под запретом для простых граждан был и бархат). Одним словом, багряный цвет с древних времен ассоциируется с богатством и властью.

Нет ничего удивительного, что теперь, когда в политике становится все больше женщин и даже супруги президентов начинают расцениваться как самостоятельные фигуры (в зарубежных турах Меланья Трамп и Бриджит Макрон привлекают не меньше внимания, чем их облеченные властью мужья), на фотографиях политических деятелей появляется все больше оттенков красного. Звезды и модели утратили монополию на багрянец.

В 2016 году на появление алого цвета на политической трибуне обратил внимание журнал Vogue. Красный и раньше там появлялся – но в виде «республиканского» оттенка, который выбирала в свое время Нэнси Рейган в знак поддержки своего супруга, президента-республиканца. В 2016-м в алом брючном костюме вышла кандидат в президенты США, демократ Хиллари Клинтон, – и модные критики оценили выбор этого цвета как призыв быть услышанной, попытка привлечь к себе внимание.

Тогда же, в 2016-м, в красном появлялись на публике и Тереза Мэй, и обычно сдержанная Кейт Миддлтон.

Особой любовью ко всем оттенкам красного отличается первая леди США Меланья Трамп, она особенно часто выбирает его для встреч с зарубежными коллегами. Достаточно вспомнить ее визит в Париж, для которого она выбрала костюм Dior глубокого алого оттенка или встречу Трампов в апреле 2017-го с председателем КНР Си Цзиньпином и его супругой Пэн Лиюань.

Остается добавить, что красный уже объявлен модными журналами одним из трендов сезона «осень-зима 2017»: на Неделе моды в Нью-Йорке красный доминировал в коллекциях Victoria Beckham и Proenza Schouler, на миланской Неделе Max Mara показали несколько полностью красных образов, а Fendi одели моделей в алые туфли, Tod's, Bottega Veneta Jil Sander тоже уделили внимание огненному оттенку, красные пальто есть в новых коллекциях Armani, Givenchy, Dolce&Gabbana. Похоже, эта осень и правда окрасится багрянцем – пусть это будет пунцовый цвет страсти.