«Проблема в личинках. Они повсюду – в стенах, шепчутся, говорят о нас. Надо что-то делать».

Делать действительно что-то надо. Испанский хоррор расцветает, как василек на могилке, и поклонникам жанра следует готовить себя к серьезным потрясениям. Для начала – сходить на фильм «Тьма» (Darkness).

Семья, приехавшая из Штатов в Испанию, снимает старый уединенный дом, где никто не жил последние сорок лет. Постепенно дом начинает скверно действовать на своих обитателей. У отца обостряется старая болезнь мозга, пробуждая в нем неконтролируемые вспышки агрессии. Его маленький сын слышит голоса и видит призраков. Дочь чувствует неладное, но никак не может понять, в чем дело.

Скоро выясняется, что в этом доме было совершено ритуальное убийство шести детей. Но ритуал был не закончен – один ребенок сумел убежать. Дела идут все хуже, скоро должно наступить солнечное затмение, и девушка решает во что бы то ни стало спасти своего младшего брата.

Из всего сказанного следует, что фильм начинается как банальный дайджест по фильмам ужасов, напоминая, одновременно, недавних «Других» и «Детскую игру» и далее по списку вплоть до «Сияния» Стэнли Кубрика. Не верьте – это ловушка. На самом деле «Тьма» — один из самых впечатляющих хорроров последних лет. Его американо-испанское происхождение подарило картине деньги и кастинг, включающий Йейна Глена и Лену Олин — из Нового Света и католическое чувство ужасного — из Старого. Недавним итогом такого союза были «Другие» — роскошный кинематографический этюд Аменабара, к ужасу имеющий отношение весьма отдаленное.

Режиссер Хауме Балагеро обращается к источникам пугающего, лежащим в стороне от безопасного фарватера. Чтобы добиться нужного эффекта, он высокомерно пренебрег дешевыми трюками с расчлененкой и потоками крови. Вместо этого Балагеро пустился в путешествие, на которое решаются только самые отчаянные режиссеры в своих лучших фильмах – Ардженто во «Вздохах» или Клайв Баркер в «Восставших из ада». Когда сходящий с ума отец семейства находит старую пожелтевшую фотографию трех старух в темных очках, при одном взгляде на нее становится ясно – это нехорошая фотография. Просто-таки поганая. Такая, что и в руки брать не стоит. Мастерство, с которым Балагеро удалось насытить скромную картинку физическим ощущением зла, вызывает самые мрачные и тревожные мысли.

Что уж за личинки нашептывают ему новые идеи – лучше и не знать.

А пуще всех прочих после «Тьмы» вспоминается скромный житель города Провиденса господин Говард Лавкрафт. Многочисленные экранизации его книг так никогда и не увенчались успехом – прямая экранизация таких книг, вероятно, невозможна. Однако картина Балагеро сделана в той же тональности, что и «Сияние извне».

Как и у Лавкрафта, герои «Тьмы» несут много чуши, порой ведут себя нелепо. На то они и люди. От этого только страшнее наблюдать, как закручивает их своими петлями свихнувшийся сценарий, перешедший от неторопливой банальности увертюры к смертельным и непредсказуемым поворотам финала.

В качестве одного из продюсеров к созданию фильма приложил руку Брайан Юзна, безупречный рыцарь кино категории «В». Обычно это имя в титрах означает беспредельный трэш в духе «Дантиста» или «Фауста». На этот раз то ли Юзна сдержал свой азарт, то ли Балагеро, уже сделавший успешный ужастик «Без имени», оказался твердым орешком. Так или иначе, фундаментом фильма стали не жестокие спецэффекты, а пугающе-достоверная мифология и инстинкт Балагеро, ведущий его через кино на скользкую территорию оккультизма.

По этой территории он прошел тем же уверенным шагом, что и японец Хидео Наката в своем «Звонке». Может быть, чуть более патетично и грубо – ну что ж. На то и испанец.

Последовать за Хауме Балагером можно, посетив кинотеатры «5 звезд», «Варшава», «Горизонт», «Кодак Киномир», «Прага».