— Сегодня президент Путин отправился с визитом в Тобольск и заявил там, что пока слишком мало женщин участвует в процессе принятия государственных решений. В Госдуме лишь 7,3% парламентариев женского пола, а в Совете федерации и того меньше – всего 7%. А в некоторых региональных собраний женщин вообще нет. «Законодательные органы власти начинают работать эффективно и эффективно решать вопросы социальной защиты населения, если там работает не менее 20% женщин», – сказал Путин. — Правильно, это так. А вот Дума вчера не поддержала мое постановление. Я предлагал депутатам компенсировать недостаток женщин созданием консультативного органа при Госдуме.
— Но откуда же взять женщин, если в Думе их только 7,3%? — Общественная женская палата — это не депутаты. Это большой консультативный орган — примерно 300 человек из всех регионов страны. А женский совет — это порядка 30 человек, в который входят депутаты и представители исполнительной власти. Этот орган должен действовать при спикере Селезневе.
— Селезнев вчера сказал, что рад, если вокруг него соберутся женщины. А почему женский совет должен быть при спикере? — Я понимаю Геннадия Николаевича, потому что совет гораздо легче создать, чем палату. Обычно такие органы формируется при председателе думы. У нас есть такая практика. Периодически собирается общественная палата, а более постоянную работу при спикере осуществляет совет.
Женский совет будет верхушкой женской палаты.
Совет будет осуждать законопроекты, а в дальнейшем станет кадровой основой для формирования властных структур.
— Тогда в Госдуме и наберется 20% женщин, как хочет Путин? — Кончено, это была бы прекрасная площадка. Депутаты могли бы видеть женщин, а женщины могли себя показать. Однако после отклонение моего предложения я не собираюсь сдаваться. Я подготовлю его еще раз протокольным поручением. Мы сейчас с депутатом Светланой Горячевой уже говорим об этом. Теперь мы нашей Всероссийской великодержавной партией подготовим документы. Может быть, женскую палату надо назвать немножко по-другому, чтобы депутаты не ерничали. Допустим, палата по проблемам семьи материнства и детства.
— Вы думаете, сегодняшнее заявление президента Путина как-то связано со вчерашним голосование в Госдуме?
— Я не льщу себя надеждой об этом. Но я был бы рад, если мои инициативы в чем могли помочь нашему президенту.
— А кроме Горячевой кто-нибудь из депутатов женского пола поддержал вашу инициативу? — Конечно, многие согласились сотрудничать. Главным образом, коммунисты и женщины из аграриев. Екатерина Лахова (недавно внесла свой закон гарантиях равных прав и свобод и равных возможностей мужчин и женщин. – «Газета») сначала была против, а потом, подумав, тоже стала относиться к этому более благожелательно.
— А противницы нашлись? — Противницей выступила только одна депутат, как же ее… не помню фамилию, ну, в общем, из «Яблока» или из СПС. Сказала, что не нужно этого делать.
— Завтра Госдума должна проголосовать по вашему проекту обращения к президенту с призывом ввести налог на бездетных граждан. С какими аргументами вы собираетесь обращаться к Путину? — Аргументы следующие. Сегодня в стране падает население. Каждый год. Миграция нас от этого не спасает. Страна занимает первое место по количеству абортов. Распадается 50% первичных браков и 70% вторичных. Это как раз те условия, чтобы страна вымерла. Что делать? Мы считаем, что нужно стимулировать рождаемость. Для этого, во-первых, нужно увеличить пособия по рождению ребенка до 10 тысяч рублей. Во-вторых, многодетным нужно предоставлять бесплатные квартиры. В-третьих, если у государства нет средств — я подчеркиваю, именно потому, что у государства нет источников дохода для увеличения детских пособий, то как временную меру сегодня ввести налог на бездетность.
— Сколько? — От трех до пяти процентов. Тут экономисты должны посмотреть. В советское время, по-моему, шесть процентов для граждан с двадцати до пятидесяти лет.
— Получается, студентки должны рожать. — Нет, на студентов это не распространяется. Это касается людей, которые зарабатывают деньги. Пусть с них и платят.
— А Путин что должен делать? — Дать поручение своему правовому управлению совместно с правительством подготовить такой законопроект.
— Вы сами как оценивается шансы на то, что президент даст такое поручение? — Я считаю, что шансы есть. Потому что демографическая ситуация очень тяжелая.
— Поэтому вы предлагает запретить аборты? — Не запретить, а снять ограничения по социальным показаниям, при которых можно делать аборты на поздних стадиях.
— И все это элементы одного ряда: женская палата, налог на бездетность, аборты? — Этот ряд только начался. Я планирую огромное количество таких инициатив для того, чтобы выполнить программу нашей партии.
А в программе партии говорится, что мы должны содействовать тому, чтобы удвоить население России за 20 лет.
В частности, нужно решить, каким образом поощрять людей, чтобы они создавали браки. Скажем, студентам, вступившим в брак, немедленно должны быть выделены дополнительные стипендии. К тому же необходима широкая программа пропаганды.
— Вы имеете в виду телевидение? — Телевидение, радио. Чтобы на государственном канале существовала программа о семье. Только программа не со скандалами, которые явно не стимулируют людей к вступлению в брак, а именно программа позитивного образа семьи.
— А женщины не разорвутся, если и в Госдуме будут заседать, и численность населения в два раза увеличивать? — Я думаю, власти на всех женщин не хватит. А вот чтобы каждая ребенка родила, это можно. То, что женщины во власти нужны, это даже не обсуждается. В тех странах, где женщин во власти меньше 20-30 процентов, социальные программы никогда не идут.
— Путин говорил сегодня тоже самое. — Конечно, это же мировой опыт. Там, где женщин много, там государства становится более социальным.
— А у депутатов все нормально с семейной жизнью? — У меня жена и двое детей. Тяжело, кончено, детей я редко вижу. Ну что поделаешь, это плата за то, что мы занимаемся депутатской работой.
