Нет ничего более тоскливого, чем российская карикатура. Есть ощущение, что самый недолговечный, самый актуальный и самый массовый вид оформления печатной продукции у нас специально кастрировали, убивали, лишали хлесткости, жесткости, ума и главное — чувства юмора.
Большая часть экспонатов выставки карикатур «20+03», традиционно открывшейся 1 апреля в Музее на Делегатской и посвященной нашей героической «скорой помощи», не вызывала практически никаких эмоций. Лишь некоторая часть — содрогание. Улыбка, не говоря уже о смехе, была большой редкостью, что, впрочем, понятно уже по названию — выставка 20+01 года была посвящена пожарным, 20+02 — милиционерам, в следующем году, видимо, настанет очередь аварийной газовой службы).
Вернисаж начался в полном соответствии с настроением. Немолодая дама созвала всех на лестницу бывш. Английского клуба и серьезным голосом поздравила присутствующих с днем улыбок, смеха и шуток, после чего передала слово ораторам. Ни один из этих немолодых мужчин с изрядными заслугами в области рисования карикатур не смазал торжественности момента неуместным балагурством, говорили о судьбоносных вещах, поздравляли друг друга с праздником смеха и улыбок, обсуждали судьбу все никак не умирающего журнала «Крокодил» (теперь появился еще и «Новый крокодил», восьмистраничный цветной листок на гуманно мягкой бумаге) и наконец позвали гостей (несколько журналистов и множество коллег по цеху), осмотреть шедевры.
Главная тема выставки вполне отражена. Медицинских карикатур — сотни. Вот самые характерные:
Голые медсестры танцуют на операционных столах.
Врач сидит на носилках верхом на пациенте, несущие их санитары обливаются потом.
Распальцованный пациент характерным жестом стучится в двери скорой.
В огромной больничной палате Старухе С Косой стало плохо, врачи отпаивают ее валокордином и считают пульс.
Врачи удаляют русалке икру.
Все это вызывает довольно сильные ощущения в области желудка и желание как можно быстрее сбежать.
Имеется также изрядное количество пародий на великие произведения мировой художественной культуры, которые тоже улыбки не вызывают. «Серферы на Девятом валу» и «Девочка на рубле» (фантазию на тему Пикассо) выглядят просто унизительно.
Отдельный зал на выставке отведен «одному из старейших из ныне действующих художников, Юрия Самарина, живущего, как сообщает пресс-релиз, в русской глубинке. Юрий Самарин — традиционалист, работающий по холсту маслом и эксплуатирующий русский кич и Василия Ивановича с Петькой и Анкой. Плотнотелая, сисястая, решительная Анка заслуживает немедленной любви. Жалко только, что работы Самарина такие маленькие, всего полметра в поперечнике. Ему бы монументалистом стать и украшать новые станции московского метро — тогда бы популярность Зураба Константиновича немедленно бы выросла.
Были, впрочем, вещи, не вызывающие немедленной рвоты. Привлекали они в первую очередь своей абсурдностью. Скажем, Николай Крищин изобразил рыцарей в доспехах в виде леек или чайников, с длинным носиком на характерном месте.
В целом же тоскливее наших карикатур могут быть только наши комиксы.
P.S. Патриарха отечественной карикатуры, бодрого 102-летнего старца Бориса Ефимова, рисовавшего дружеские шаржи еще на Мафусаила, на выставке замечено не было. Ох, не зря наши карикатуристы на врачей наехали…
