Святыни иссякли, советского народа тоже больше нет, а Бахчанян как ни в чем не бывало отмечает свое 65-летие. Приехал эдаким фертом из Нью-Йорка на вернисаж персональной выставки в ГЦСИ (Государственном центре современного искусства), где заодно устроил презентацию двух своих книг – «Мух уйма. Художества» и «Ни дня без строчки».

Эти, с позволения сказать, культурные продукты наглядно демонстрируют, как гидра бахчаняновского творчества опутала кровожадными щупальцами дряхлеющее тело родимой империи. Будто на ладони предстает его коварная тактика: под видом художника-концептуалиста он надругался над идеологией, а в обличье диссидента подсовывал нам чуждые эстетические ценности. В то время как строители коммунизма нуждались в конструктивной сатире, бичующей отдельные недостатки, этот отщепенец то и дело выдавал афоризмы вроде печально знаменитого «Мы рождены, чтоб Кафку сделать былью». Стараниями подобных людей оказалась замарана прекрасная эпоха – до такой степени, что уж и не вспомнить, чем же она была прекрасна.

За всю жизнь Бахчанян совершил лишь один достойный поступок: придумал для земляка-харьковчанина Эдички Савенко псевдоним Лимонов, но даже это не спасет прихвостня плутократии от суда истории.

А начиналось все вроде бы безобидно: когда-то Вагрич Бахчанян служил карикатуристом в «Литературной газете». Однако вместо того чтобы изображать нерадивых сантехников и обличать бюрократов, он посредством словесных и изобразительных каламбуров взялся глумиться над нашими вождями и символами. То, что в эмиграции к объектам его посягательств добавились американские святыни типа гамбургера и политкорректности, говорит лишь о привычке подрывать устои всякого общества, где бы ни довелось очутиться. Прикрываясь служеньем муз и традициями обэриутов, Бахчанян не оставлял без издевок даже других антисоветчиков – упомянем хотя бы гнуснейший пасквиль «Как Александр Исаевич поссорился с Иваном Денисовичем».

Все творчество данного автора – это, пользуясь его собственным выражением, помесь гибрида с метисом. Ему ничего не стоит приписать чье-нибудь замечательное высказывание другому герою, вследствие чего смысл цитаты извращается ради откровенного зубоскальства. Образчиком такой деятельности может служить пьеса «Крылатые слова», где 104 персонажа поочередно произносят чужие фразы. «Сизиф: Кто не работает, тот не есть», «Иуда: Язык родных осин», «Мафусаил: В мои лета не должно сметь…» — и так далее, одно другого кощунственнее. Не лучше дело и с коллажами, и со стихографикой – везде ощущается желание довести красоту и ясность мира до абсурда. Нет чтобы дать человеку возвышенный идеал, так Бахчанян отбирает последнее. Получается весело, конечно, но где же путеводная звезда, где надежда на лучшую жизнь?

«Гомер: Мы увидим небо в алмазах» – вот и весь бахчаняновский гуманизм.

Андрей Синявский назвал этого горе-художника последним футуристом. Дескать, его по-настоящему интересуют эксперименты с формой, а черный юмор и прочие приколы – побочный продукт. Знаем мы этих формалистов и футуристов! Им бы лишь бросить нас сирыми и духовно опустошенными на ветру реальной жизни, не скрашенной никакими нравственными ценностями. Чтобы нам только и оставалось, что со смехом перебирать девальвированные лозунги, будто бессмысленные вырезки из журналов и рекламных проспектов в бахчаняновской инсталляции «Картинки размером в доллар». И не называйте этот смех очистительным! Он вреден, вреден, вреден для душевного здоровья настоящего патриота и просто добропорядочного обывателя! Кто не верит, может попробовать на себе, только не говорите потом, что вас не предупреждали.

В помещении ГЦСИ (Зоологическая ул., 13) до 29 мая.