Трехкратный оскаровский номинант Джеймс Айвори пришел в восторг от бестселлера Дианы Джонсон «Развод» шесть лет назад, а экранизировал его только сейчас, когда отношения между Америкой и Францией можно охарактеризовать как «развод и девичья фамилия».

Когда американка Изабель приехала из Санта-Барбары в Париж, то нарвалась на скандал в благородном семействе. От ее сестры Рокси уходил муж.

Муж был француз и подлец.

Он бросил Рокси с ребенком на приличном месяце беременности, даже не извинившись. Что не помешало Изабель завести роман с дядей подлеца-мужа и уложить того в постель. Пока Рокси разводилась с мужем, американские и французские родственники долго и склочно делили полотно Жоржа де ла Тура стоимостью $4 млн, которую она в свое время привезла из Америки. Героинь играют Кейт Хадсон и Наоми Уоттс, продолжающая собирать дивиденды с «Малхолланд драйв».

Истории, которые случаются под крышами Парижа, обыкновенно сулят зрителю наслаждение по части резвой игры ума, отменного вкуса и эстетически-эротических соблазнов. Примерно то же самое поначалу сулит и «Развод». Он начинается очаровательными мультяшками в духе комедий 60-х годов, а заканчивается полетом над столицей моды классической сумочки Hermes, сброшенной с Эйфелевой башни.

Между этими прелестными картинками – адюльтеры, кружевное белье, кушетки ХVШ века, любовь и кровь, одна попытка суицида, одно убийство, один теракт и роды на месте преступления.

Острая сериальная мексиканская смесь приправлена соусом из маленьких нелепостей, которые случаются с Изабель, делающей отчаянные попытки понять чужую жизнь и офранцузиться. Соус обещает быть пикантным. Но ни одного своего обещания «Развод» не выполняет.

«Развод» классика Джеймса Айвори длится два часа двадцать минут. Это первая и главная причина, почему он не стал ни пикантным, ни забавным, ни очаровательным. Комедийный сюжет не терпит, когда его долго и уныло толкут в пюре, как картошку.

Впрочем, «Развод» — фильм, который лишь притворяется комедией.

Он совсем не про любовь, не про кровь, не про адюльтеры и не про развод. Он про американцев и французов – две галактики, которые никогда не найдут общего языка, как бы ни старались. Развод и обычно-то дело гадкое, а тут гадкое вдвойне, потому что ведется не по правилам хорошего тона. Американцы, чья простота хуже воровства, не только дают противной стороне характеристики, но и отвешивают оценки. Они не могут простить французам утонченности. Они не могут простить французам десяти веков цивилизации. Они вообще ничего не могут им простить.
Французские мужчины (по мнению авторов «Развода», бывающих в Париже наездом и не так чтобы часто) блудливы, женщины неискренни и жеманны. Все вместе алчны, лживы, тщеславны, самонадеянны. Их политики всегда найдут резоны сбросить на кого-нибудь парочку бомб. Неприятная нация.

Американцы, с другой стороны, — нация, приятная во всех отношениях.

Они дают благотворительные балы для тех, на кого французы сбрасывают бомбы, и на чердаке в Санта-Барбаре хранят полотна французских классиков. Хотя что в этой Санта-Барбаре можно хранить на чердаке, кроме коллекции кассет с одноименным сериалом? С отменным лукавством, которое можно было бы назвать истинно французским, если бы оно не было американским, авторы «Развода» подтасовывают картишки.

Фактически их фильм – это грандиозный блеф, необъявленная война, в которой шарфики от Hermes используются как удавка для французской аристократии.

В конце концов развод произойдет. Картина стоимостью $4 млн не достанется загребущим французам и отойдет настоящим владельцам – американцам. На вырученные деньги они откроют фонд святой Урсулы, забьют фургон старьем и поедут по городам и весям облагодетельствовать бедных европейцев. «Америкэн экспресс» продолжает благотворительный тур по миру. И на пути ему лучше не попадаться.