Выход на экраны нового фильма Владимира Хотиненко «72 метра» ознаменовался не вполне приличным эксцессом. На пресс-показ и встречу с журналистами не позвали Александра Покровского, офицера-подводника, по мотивам произведений которого, собственно, и снято кино. То ли устроители не хотели, чтобы Покровский видел то, что из его прозы сделал Хотиненко. То ли боялись встречи писателя с военно-морскими начальниками, которые под предводительством главкома ВМФ на показ пришли и всем увиденным остались довольны.

Журналистам объяснили, что фильм сделан к 100-летию подводных сил, что такого фильма о моряках давно ждали на флотах и что конкурс в военно-морские училища после него несомненно повысится.

Очевидно, что «72» метра, пусть и спродюсированные общественным Первым каналом и частной студией «ТриТэ», является типичным госзаказом. Его будут демонстрировать во всех военных частях и на всех флотах. Явка, понятное дело, обещает быть стопроцентной.

Владимир Хотиненко – запоздалый вундеркинд. До 45 лет числился по ведомству молодых кинематографистов. Потом числиться стало неприлично и Хотиненко остался один на один с кино и пустился выполнять спущенные сверху заказы. Долго снимал фильм про Лужкова, так никем и не увиденный, потом по заказу того же Первого канала реанимировал «Знатоков». В перестроечном и постперестроечном кино Хотиненко выполнял роль народного радетеля и мечтателя, отвечая «Мусульманином» и «Макаровым» как за русский характер. Надо сказать, что в те годы он был вполне бескомпромиссен. Говорил, что думал, русский народ и русскую интеллигенцию не щадил, в традициях советского кино заставлял героев делать нравственный выбор, а по личному складу человека, верящего в домовых, подпускал изрядную дозу мистики. В «72 метрах» мистики больше нет, а вот русского характера и советского кино – хоть отбавляй. Хотиненко берет пятерых самых харизматических актеров нового времени – Андрея Краско, Сергея Гармаша, Марата Башарова, Владислава Галкина и Сергея Маковецкого – и назначает их ответственными за страну. Собирательный образ получается такой: духовность, душевность, всепрощение, благостность и право- — нет, не -славие, а правоверие. Качество, когда в человеке напрочь отсутствует фермент критического отношения к происходящему.

Сюжет «72 метров» укладывается в знаменитое: «Что случилось с подлодкой «Славянка»?» – «Она утонула».

Мина, болтавшаяся в море со времен Великой Отечественной, пробила обшивку. На борту остался десяток матросов и офицеров. Остальные утонули. Дыхательные аппараты неисправны. Запертые в незатопленном отсеке, моряки решают отдать единственный работающий аппарат единственному же гражданскому – ученому-биологу.

Получилось крепко сбитое кино, не без придыханий, но с лицами актеров, на которые не просто интересно, а завораживающе интересно смотреть. Собственно, игра актеров – главное достоинство и главная фишка Хотиненко. Потому что зрелища с большой буквы, которое предполагает фильм, заявленный как фильм-катастрофа, у него не вышло. И не потому, что большую часть времени занимают вдумчивые диалоги. Просто потому, что «72 метра» — не зрелище. Это идеология.

Хотиненко выпускает свой фильм через три с половиной года после трагедии «Курска». Трагедии, после которой казалось: фильм на эту тему в нашей стране снят не будет — рассказать честно не дадут, а нечестно – противно и какой смысл? Хотиненко выпускает свой фильм через год после выхода «К-19». Фильма, после которого казалось: страшно позорно, что это кино сняли американцы, а не мы. Мы, а не американцы, должны были и осмыслить собственную историю, и покаяться перед людьми, чья гибель оставила власть равнодушной.

Вот – осмыслили и покаялись. «72 метра» фотографически похож на фильм Кэтрин Бигелоу, вплоть до цитирования отдельных эпизодов. Это похожесть негатива на позитив, фильм-катастрофа наоборот. Катастрофой, конфликтами и взрывами здесь не пахнет, потому что всего этого больше не нужно. А нужно – всеобщее примирение и вера в то, что все у нас хорошо и правильно, а будет еще лучше и еще правильней.

И жизнь у нас хорошая и правильная. И начальники. И люди. Хорошо и правильно умирают. Не задав ни одного неудобного вопроса.

И вины ничьей тоже больше нет, а есть нелепая случайность в виде старой мины, за которую никто не в ответе и которая все спишет. Хотиненко утверждает, что снял кино о людях, которые спасают свои души, но ни разу не упоминает о том, что позывные этих людей «Спасите наши души!» так ни разу и не были услышаны.

«72 метра» – это фальшь, густо замешанная на цинизме. Как уже не в лучших, а в худших традициях советского кино здесь происходит борьба хорошего с лучшим. Беременная жена одного из героев Чулпан Хаматова, закатывая глаза, читает вслух «Алые паруса». Командир лодки – гроза врагам, отец солдатам. Друзья, когда-то бившие друг другу морду, крепко жмут друг другу руки. И все вместе произносят чеканную фразу о том, что «военный обязан защищать гражданина своей страны». И правильно. Потому что «72 метра» – это не фильм, а свидетельство смены эпох. Манифест скованных одной цепью и связанных одной целью. История о том, что, когда страна прикажет быть героем, у нас героем становится любой. О том, что нет негодяев в кабинетах из кожи, поэтому никто ни в чем не виноват и никто ни за что не в ответе, наконец, о том, что он другой такой страны не знает, где так вольно дышит человек. Даже тот, что задыхается в подбитой лодке.