«Весна! Либидо каждому смотрит в глаза!» – провозгласил на открытии директор галереи «На Солянке» Борис Павлов. Такой неизбитой фигурой речи он хотел подчеркнуть актуальность выставки. В противовес сомнительным поэтизмам куратор Лариса Кашук вкратце обрисовала исторический контекст: мол, большевики семьдесят лет третировали эротику, не говоря уж о сексе, потом перестройка разбудила в населении жгучий интерес к половому вопросу, а теперь в этом деле царит рутинный масс-культ. Надо бы очистить смыслы и расставить акценты – где дешевые спекуляции, а где подлинное искусство. Так что выставка «Любовь, эротика, секс» в некотором роде претендует на эталонность.

Несмотря на размежевание с банальной порнухой, устроители решили оградить от зрелища лиц до 16-ти. Искусство искусством, но погружать детишек в мир интимных подробностей вроде бы непедагогично. Пусть удовлетворяют свое любопытство где-нибудь в другом месте. О взрослой психике подобной заботы проявлено не было, хотя эклектичность тоже способна травмировать. В экспозиции состыкованы настолько разные художники и манеры, что несколько даже теряешься: а про что это в сумме? В качестве эпиграфа дана коллекция самопальных открыток 30–40-х годов – с розочками, сердечками и надписями типа «Как хорошо любить и быть любимой». Казалось бы, дальше надо исследовать разновидности китча, однако тут же располагается фотосерия Бориса Орлова, где обнаженка совмещена с фрагментами советской архитектуры – эдакий рафинированный извод соц-арта. На ту же соц-артовскую эстетику претендуют композиции Валерия и Наталии Черкашиных, изображающие домогательства модели к бронзовым матросам и пограничникам на станции метро «Площадь революции» – а неподалеку уже поджидает высокая лирика в виде «Поцелуя солнца и луны» Ирины Затуловской. Окончательно запутывают вопрос абстракции в духе шестидесятничества и постмодернистские парафразы из классики. Механическое соединение всего и вся ощутимо напрягает – и вовсе не в сексуальном плане.

Если такой винегрет с точки зрения эстетики, может, все в порядке с тематической выверенностью? Развиты сюжетные линии, систематизированы отличия эротики от секса, а секса от любви? Но этого тоже не скажешь. Образчики гомоэротизма мирно уживается с произведениями традиционной ориентации, разнузданные фантасмагории – с ласковыми идиллиями, прямые тексты – с туманными намеками.

Апофеозом концептуальной неразберихи надо считать две вещицы Дмитрия Врубеля: портрет Путина в кимоно и знаменитый поцелуй Брежнева с Хонеккером.

Здесь-то что нашлось эротического? С тем же успехом можно решить, что репинское «Заседание государственного совета» подразумевает оргию.

Пожалуй, главный прокол устроителей в том, что они решили раскрыть тему, которая как тема не существует. Сексуальная энергия настолько разлита во вселенной, что странно ее рассматривать как обособленный ресурс. Всякий акт творчества есть сублимация полового влечения, в чем после Фрейда мало кто сомневается. Иной натюрморт так и брызжет сексуальностью, а композиция с голыми тетками может оказаться постной, как брюква. Для самых озабоченных предусмотрены специальные журналы и сайты, остальных же искусство интересует вроде как разными аспектами, а не одними эротическими мотивами. Детям, которых сюда не пускают, было бы интересней всего. Тех, кому либидо взглянуло в глаза не сегодня, подобной выставкой прошибить трудновато.

В галерее «На Солянке» (ул. Солянка, 1/2, стр. 2). До 23 марта.