Во-первых, название выставки к произведению Малевича никакого отношения не имеет. Что оно обозначает, можно только догадываться. Ну, например, что-то вроде Бермудского треугольника, только в красных тонах и в более статичной, четырехугольной, надежно (или безнадежно, что то же самое) обнесенной забором форме – в такое место, по мнению устроителей, попала наша страна в 30-х годах ХХ столетия. О том, как это было, рассказано черно-белым языком фотографии.

Во-вторых, выставка вообще черно-белая. В том смысле, что стенды покрашены в два цвета: на белых стеночках висят официально-бодрые карточки с физкультурными парадами, праздничной иллюминацией, жизнерадостной культурой и таким же отдыхом в парке Горького, на черных – снимки судебных процессов, колоний, черные «воронки» и т. д. Идея не бог весть какая оригинальная, но по сути правильная, к тому же фотографии ее поддерживают: с одной стороны представлены неоднократно виденные снимки Анатолия Егорова, Эммануила Евзерихина и прочих летописцев официальной версии самочувствия страны; альтернативой им выступают мало кем виденные фотографии из Государственного архива кинофотодокументов, что находится в городе Красногорске.

И в той и в другой категории есть прекрасные снимки; и в «белых», и в «черных» картинках невероятно интересно вглядываться в лица. В злорадные ухмылки зрителей на процессе меньшевиков, в интеллигентное лицо молодой адвокатши по делу правых эсеров.

Интересно рассмотреть физиономии конвоиров, ведущих под руки бабушку-вредителя, и лоснящийся чубчик, вылезающий из-под фуражки некоего молодца с пистолетом за поясом.

Организаторами выставки, казалось бы, уместной лет пятнадцать назад, в перестроечную эпоху шумной исторической ревизии, являются общество «Открытая Россия» и фотогалерея «Русское поле». В деятельность «Открытой России» данная экспозиция вписывается довольно логично, взять хотя бы календарь на 2004 год под названием «Вспоминая будущее», изданный ранее этой организацией. В календарике приведены события 1930-х годов, случившиеся в тот или иной месяц: аресты, суды, приговоры. В небольшом тексте каталога «Красного квадрата» выражено, зачем, собственно, все это проделано: «Все самое существенное и непоправимое происходит незаметно. И когда большинство понимает, что же произошло, как правило, бывает уже поздно что-либо исправлять». Так что выставка не совсем про 30-е годы.

Кстати, намечается дурная тенденция: утрамбовываются штампы в общественной исторической памяти. Спроси любого, ответит: репрессии – это 1937-й. О том, что были не менее кровавые 1920-е и 1940-е – в начале 1950-х, не то чтоб забывают, а скорее обычно опускают для простоты. Выставку организаторы посвящают 30-м годам, а фотографии, как носители документального бремени, не дают соврать: ведь правые эсеры и вредители, и процесс Дыбенко – это 20-е. Историю без деталей нам уже давали. Вспоминать — так уж подробно. Со всеми красивыми снежинками, что падали на лицо той бабушки-вредителя.

«Красный квадрат». ЦДХ, холл, до 4 апреля.