В пятницу Тверской суд Москвы начал рассмотрение первого иска к правительству Москвы в связи с гибелью Натальи Киселевой во время теракта в московском метро 6 февраля 2004 года. Тогда взорвался вагон на перегоне между станциями «Павелецкая» и «Автозаводская». Погибли 40 человек, более сотни получили ранения.

Как рассказал «Газете.Ru» адвокат потерпевших (родителей и сына) Игорь Трунов, «представитель правительства Москвы заявил, что в материалах дела нет подтверждения того, что в метро был террористический акт. Наверное, московскому правительству все еще неизвестно, что в метро был теракт», — прокомментировал такой поворот событий адвокат.

«Хотя этот факт не требует доказательств, так как является общеизвестным», суд попросил приобщить постановление московской прокуратуры о возбуждении уголовного дела по факту взрыва в метро.

И только после приобщения слушания будут продолжены, сообщил «Газете.Ru» Трунов. Пока суд перенесен на 28 мая 2004 года.

Родители-пенсионеры и несовершеннолетний сын Киселевой Никита обратились в суд с исковым заявлением в марте. Свой моральный ущерб истцы оценили в $1 млн. Они рассчитывают также на компенсацию материального вреда в размере 45 тыс. рублей единовременно и ежемесячную пенсию каждому из членов семьи по утрате кормильца в размере 7 тыс. 467 рублей родителям пожизненно, а десятилетнему сыну --до достижения совершеннолетия.

Наталья Киселева работала начальником правового отдела Центризбиркома и получала зарплату более $1 тыс. А так как сумма выплат по утрате кормильца рассчитывается, исходя из заработной платы, то «родители и сын Киселевой могут рассчитывать на ежемесячную пенсию в размере 7 тыс. 467 рублей. Это нормально по нашим российским меркам»,— считает Трунов.

Рассмотрение иска поданного родителями Киселевой было назначено на первое апреля. Однако представитель ответчика в суд не явился и слушания по делу перенесли на 30 апреля. Ответчиком по делу выступает правительство Москвы в лице департамента финансов столицы.

Родственники Киселевой были не единственными обратившимися к адвокату. Однако, по мнению Трунова, «при той схеме расчета компенсации материального вреда, который практикуется в России, они не могли рассчитывать на серьезные суммы выплат».

Поэтому впоследствии многие отказались от намерений судиться. «Родственники пострадавших собирались требовать также компенсации морального вреда, однако существующие судебные прецеденты свидетельствуют о том, что моральный вред у нас не возмещается», — отметил адвокат.