В субботу в Санкт-Петербурге торжественно подписали контракт с французским архитектором Домиником Перро (точнее, с его агентством «Dominique Perrault Architecte»). Российскую сторону представлял бывший министр, а ныне глава Федерального агентства по культуре и кинематографии Министерства культуры и массовых коммуникаций Михаил Швыдкой. Увлекательная и даже несколько скандальная эпопея с архитектурным конкурсом, мировыми знаменитостями, черным пиаром и общественным возмущением завершена – второе здание Мариинского театра будет строить зарубежный архитектор, достаточно респектабельный и современный.
В начале нашего века в Санкт-Петербург привезли Эрика Мосса, скандального неомодерниста, который придумал по-своему очень изящный проект второго здания Мариинского театра. Его опус представлял из себя огромную и бесформенную зеленоватую глыбу с «ледяной» фактурой, сам автор назвал ее «Мешками с мусором», за что меломаны, театралы и строительные чиновники очень сильно его невзлюбили. Питерская общественность назвала проект «чем-то из области очистки воды», и Мосса отвергли.
Был объявлен закрытый инвестиционный конкурс с сиротскими условиями – участникам полагалось по $30 тыс., победителям – контракт на строительство.
Обычно призовые расценки бывают примерно в десять раз больше.
Тем не менее конкурс получился очень представительным, прямо-таки звездным. Фрэнк Гери от участия отказался, зато участвовали упорный Эрик Мосс со своими мусорными мешками, голландец Эрик ван Эгераат, японец Арата Исодзаки, ученик Ле Корбюзье Марио Ботта и кавалер ордена Почетного легиона, создатель национальной библиотеки Франции в Париже Доминик Перро. С нашей стороны в конкурсе участвовала мастерская Скокана, создавшая московскую «Золотую милю» и уничтожившая под это дело несколько уникальных кварталов старомосковской застройки Остоженки и ее окрестностей, а также Андрей Боков, Олег Романов и другие известные зодчие. Их шансы, впрочем, всерьез не рассматривались: было бы стыдно допустить к участию в конкурсе современных архитекторов, а потом построить нечто розовенькое в неоимперском стиле.
К конкурсу стали относиться как к всероссийской проверке на вшивость: это якобы последний шанс дать пинка архитектурной общественности и доказать, что и в сверхконсервативном Питере можно строить современную архитектуру.
Ни «очистных сооружений», ни «лужковского вампира» в Санкт-Петербурге не установят. Вместо этого Доминик Перро построит великолепное золоченое сооружение, многоугольное и бесформенное, которое вежливые люди называют «клеткой для динозавра», а грубые – «золотой какашкой». Сторонники этого проекта с подачи самого архитектора рифмуют его с золотыми куполами и «Золотой маской». Одним словом, если эта прививка настоящей современной архитектуры Питеру состоится, привыкнуть к ней будет сложно.
Впрочем, подписание контракта – только начало истории. В первоначальном условии конкурса говорилось, что стоимость строительства не должна превышать $100 млн. Теперь речь идет о 200 млн евро. В контракте оговаривается эта сумма, а также сроки: конец 2004 года – предпроектная документация, конец 2005 года – проект, август 2008 года – завершение строительства и сдача здания в эксплуатацию. Чтобы построить этот театр, надо будет снести и расселить целый квартал. Когда (если) этот театр наконец построят, его придется содержать – при нынешних неспешных темпах реконструкции и ремонта существующего здания Мариинки и общей питерской разрухе задача может оказаться сложной.
