Холодный компресс на воспаленные язвы девушек среднего возраста, постфеминистский бальзам, смягчающий боль от собственной независимости и трагического несовпадения с глянцевым эталоном, первый фильм о Бриджит Джонс был удачным наполовину.
Каждая мыслящая девушка хоть чуть-чуть да узнала себя в трагическом клоуне Рене Зеллвегер и на полтора часа присоединилась к бунту против 90-60-90, против кроватей с одной подушкой, против мужского эгоизма и свитеров в ромбик.
Бунт этот, однако, был несколько снулый, под стать картине. Вторая часть эпопеи «Дневник Бриджит Джонс: грани разумного» должна была развить успех или продолжить падение, в зависимости от таланта режиссера.
Итак, в предыдущей части Бриджит обрела счастье. Мы встречаем ее по-прежнему счастливой. Еще больше растолстевшая, она нежно смотрит на адвоката-аристократа, который дремлет в ее постели. На работе тоже все хорошо: за то, что она прыгнула с парашютом в загаженный загон со свиньями, ей дали повышение.
Однако гордый и независимый характер Бриджит вылез в самый неподходящий момент. Она поссорилась со своим возлюбленным адвокатом потому, что тот слишком много времени проводил со своей длинноногой коллегой, потому что не хотел жениться, потому что он слишком надменный – короче говоря, черт знает почему. В расстроенных чувствах она уезжает в Таиланд — снимать телесюжет на пару с кобелем Хью Грантом, который снова пытается затащить ее в постель. В Таиланде ее ждет трип под «волшебными грибами» и тайская тюрьма, а по возвращении в Лондон – лесбийский поцелуй и примирение с адвокатом.
Фильм старательно копирует находки первой части, и за отведенное время Рене Зеллвегер произносит положенное количество шуток.
Отличие между двумя сериями маленькое, но существенное: нам забыли напомнить, почему этот сварливый пингвин со скверным характером по имени Бриджит Джонс так всем нравится.
Тезис о том, что каждая девушка достойна счастья и непременно его добьется, кажется, должен быть справедлив даже в случае пятидесятилетней стокилограммовой подметальщицы с пятью детьми-даунами, но только не с Рене Зеллвегер, изображающей Регину Дубовицкую, – уж очень жуткое зрелище. Решив, что гэгов и скетчей вполне достаточно, создатели «Граней разумного» оставили в стороне попытки очаровать зрителя своей героиней, положившись на достижения первой части. Оказалось, что лишенная вкуса и имеющая проблемы с весом англичанка должна подтверждать свое очарование ежедневно. Клиническое самодовольство – главная проблема феминизма.
Нельзя сказать, что «Бриджит Джонс: грани разумного» — худший фильм на земле. Совсем нет, его похабство и малокровное остроумие по-своему занимательны, и в старой доброй Англии лента получила и кассу, и первое место в бокс-офисе. Вероятно, шутки про заполошную чокнутую, которая постоянно врывается на совещания министров и послов, чтобы сказать пару глупостей своему возлюбленному, действуют на англичан гипнотически. И даже то, что лесбийский кисс Бриджит и длинноногой адвокатессой в фильме выглядит крайне неаппетитно, никого не огорчает.
А может быть, им нет дела до недостатков. В конечном счете «Бриджит Джонс» — это «Гарри Поттер» для матерей поклонников волшебников из Хогвартса. Речь идет о волшебстве, позволяющем даже такому пирогу с глазами, как Бриджит, и ботанику, как Поттер, добиться успеха.
Что ж, скоро Рождество – самое время для чудес. Тем более что сомневаться в успехе «Граней разумного» в большинстве московских киношек все равно не приходится.
