Почему у нас столько премий, особенно литературных, вручается в конце года? Вот только что объявили «Московский счет», премию за лучшую книгу стихов, которая вручается по итогам опроса самих поэтов. На втором месте оказался Эдуард Лимонов, а кто на первом, совершенно неважно, потому что Лимонов все равно лучше. Через неделю вручат «Дебют». Неделю назад был «Букер». Почему в декабре?
А холодно, на улицу идти не хочется, приходится либо спать, либо читать.
У тех, кому холодно, есть еще один выход: уехать туда, где тепло. Мэл Гибсон доказал, что он все-таки нормальный человек, купив на гонорары от «Страстей Христовых» остров в Тихом океане. За 8 миллионов фунтов стерлингов. Если человек снял скучный фильм и смог его раскрутить так, что не остановишь, он, безусловно, имеет право на собственный остров. Никто на Гибсона особенно за это не нападает, но глаза отводят, произнося словосочетание «гонорары от страстей Христовых».
В нас все-таки сильны культурные клише: получил гонорары от страстей Христовых — иди ищи осину.
В Тихом океане осины развесистые, ветки у них толстые, на всех хватит. И на Гибсона, и на того чудесного человека, который прислал плакат на сетевой конкурс Mate a Movie. Он крайне удачно поженил плакат фильма про Фредди Крюгера с плакатом фильма «Страсти Христовы», чистое межкультурное удовольствие. И честно откомментировал: «Знаю, знаю, я попаду в ад. Но, надеюсь, вы оцените то, что я сделал, прежде чем мы там встретимся, потому что, если вам понравилось, вы туда тоже попадете».
Если вам понравилась новая книжка Фредерика Бегбедера, охальника и буяна, Windows on the World, значит, вы работаете в какой-нибудь пиар-компании и цените искусство вовремя говорить банальности.
Охальник и буян решил сыграть в Майкла Мура-лайт: написал роман про теракт 11 сентября.
Выпусти он его два года назад, все кричали бы, что Бегбедер пляшет на костях. Потерпи еще года два, и таких книжек и фильмов появилось бы с десяток: табу постепенно перестает распространяться на эту тему. Половина романа — про башни ВТЦ и умирающих там людей, а половина — про то, как писатель Бегбедер сидит в ресторане башни Монпарнас и боится, что туда тоже прилетит какой-нибудь волшебник в небольшом самолете, и убьет нашего писателя насмерть. Тема не хуже любой другой, каждый имеет право прилюдно бороться со своими страхами, но хотелось бы, чтобы это было хотя бы увлекательно, а не только на модную тему.
Что касается увлекательности: Бегбедер в конце прошлой недели шлялся по Москве, раздавал интервью направо и налево, кутил в каких-то заведениях, распугивая мелких девочек и показывая высокий класс гульбы. Наутро после таких развлечений люди, отвечающие за пиар-программу модного писателя, смущенно оправдывались перед журналистами.
«Он будет позже, тут у него все слегка сместилось… Мы же не можем запретить знаменитому писателю пить водку».
И писать книги они тоже не могут ему запретить. Пить водку и писать книги – неотъемлемое право любого знаменитого писателя. Бегбедер – мужчина очаровательный, веселый и остроумный. Он в любом состоянии способен быстро, без пауз, болтать на любую предложенную тему, от политических убеждений и Карла Маркса до того, как работа в рекламе повлияла на его стиль: «Дело не в том, что я пишу, чтобы соблазнять!» Какое уж тут соблазнять... Бегбедер – писатель скучный, предсказуемый, раздутый той же самой рекламой до состояния воздушного шара с логотипом «Модная французская литература». На вопрос: «А вы, когда книгу пишете, не думаете, как рекламист: «Чтобы эта книга продавалась, я должен написать это, это и это?» — похмельный Бегбедер, ни секунды не медля, ответил: «Нет, я так не думаю!» Потом помолчал и смущенно сказал: «Ну, я надеюсь, что я так не думаю».
Потом еще помолчал.
Наверное, у него сильно болела голова.
