Решительно немного в мире вещей пострашнее панги. В Демократической Республике Конго, о которой, естественно, речь, вещей более страшных, чем панга, нет вовсе. Панга в длину, как правило, сантиметров тридцать. А в ширину – пять-семь.

Мест, столь же удручающих, как Каньябайонга, в мире сейчас тоже нет. В Демократической Республике Конго такие места существуют, потому что Каньябайонга и есть в Конго. Каньябайонга, хотя и считается живописным городком, размером с большую деревню, с одной главной улицей и лесом, примыкающим к городу на холмах Митумба.

Сейчас Каньябайонга выглядит следующим образом. На улицах никого живого нет. Есть трупы, лежащие на солнце уже трое суток. На трупах нет ботинок, потому что ботинки — дефицит, особенно стандартных размеров крупных взрослых мужчин.

Крупным взрослым мужчинам ботинки нужнее всего, так как именно сейчас эти мужчины воюют, оставляя на улицах Каньябайонги разутые трупы. На трупах нередко нет и штанов, потому что и штаны — дефицит, хотя меньший, чем ботинки. Еще в Каньябайонге ничего не работает: ни свет, ни магазины, ни автобусная станция, прежде отправлявшая каньябайонгцев в Луберо, тоже живописный городок.

Все дело в том, что в Каньябайонге с минувшего воскресенья идет резня. Все началось с того, что в Каньябайонгу пришли правительственные войска под началом главкома 8-го военного округа страны генерала Габриэля Амизи, широко известного под кличкой Танго-Кятр. Пришли они туда с благой целью – защитить родину от государства под названием Руанда, примыкающего к Конго с востока. Дело в том, что Руанда в течение уже многих лет грозит Конго неминуемой войной, если конголезцы не расправятся у себя дома с повстанцами интерахамве. Те, представляя народность хуту, постоянно угрожают народности тутси, правящей в Руанде. В ноябре и декабре дело уже дошло до войны. Сначала руандийский президент написал секретное письмо некоторым африканским лидерам, что, дескать, начинает в Конго «ограниченную военную операцию». Правда, к несчастью этого президента, бумага как-то попала агентству Reuters, а через него всем людям Земли, включая тех счастливцев, что живут в Демократической Республике Конго. Дальше — больше. Конголезцы ежедневно стали рапортовать о том, что войска Руанды уже вошли в Конго где-то в районе той самой Каньябайонги. Таким образом, появление в тех местах генерала Танго-Кятра выглядело вполне естественно.

Но случилось неожиданное. Врагов из Руанды вживую никто вроде бы не увидел, зато войска генерала принялись воевать сами с собой. Такое в Демократической Республике Конго происходит без затруднений.

Суть в том, что нынешняя конголезская армия состоит из людей разных национальностей и судeб, сплоченных общей идеей служения родине и гражданского примирения. Среди прочих в эту армию совсем недавно влились целые повстанческие группы до последнего мальчика-солдата, сидящего на гашише. Влились и боевики группировки «Рэссемблеман конголез пур ля демократи», состоящей в основном из проживающих в Конго тутси, именуемых там баньямуленге или просто руандофонами. Они-то и восстали в городе Каньябайонга.

Восставшие, конечно, говорили, что бросили армию на том основании, что конголезские командиры не выдают им ботинки из чувства глубокой национальной неприязни.

Однако есть мнение, что за ботиночным бунтом, естественно, стоят Руанда и все тутси в целом. Возглавил восставших полковник Смит Гианга.

Так началась в Каньябайонге резня. Тут мы впервые встречаемся вплотную с пангой. Этим суахилийским словом многие народы в Африке называют мачете. Это — признанное на континенте средство ведения войны, почти такое же, как автомат Калашникова. Восставшие солдаты стали убивать в городе почти всех, кто не тутси. В ответ преданные родине солдаты стали убивать в Каньябайонге почти всех, кто не с ними. На улицах появились трупы, а около 200 тыс. людей сбежало из района резни в окрестный буш. К сегодняшнему дню резня продолжилась еще в нескольких деревнях и городах, окружающих Каньябайонгу: Каине, Луберо, Муби и Кирумбе.

В ООН бойню в этих живописных городках называют началом обоюдного геноцида.

Вообще, ООН традиционно не удается сделать что-нибудь хорошее во взаимоотношениях хуту и тутси, равно и в отношениях тутси с рядом других народов. Так был пропущен мимо взора геноцид тутси в Руанде в 1994 году, потом были оставлены без внимания карательные рейды тутси на лагеря беженцев хуту. Нынче летом миротворцы ООН также ничего не смогли сделать во время первого восстания солдат-тутси под командованием генерала Нкунды и полковника Мутебутси. На этот раз миротворцы решили взяться за дело. Сегодня в Каньябайонгу и другие живописные городки прибыл южноафриканский контингент ООН. Они хотят развести стороны и наконец убрать раздувшиеся трупы с улиц. Сейчас южноафриканцы обустраивают свой лагерь и проводят на карте буферную зону.

Весь мир следит теперь за Каньябайонгой.