Самым культурным событием за последнюю неделю было обнаружение в одной из контор, сохранившихся еще с советских времен, «Журнала учета взрывов и возгораний». На фоне остальных событий – аквапарк в Чечне, город, занесенный снегом по ручку двери, биеннале и «2046» в кино, – учет взрывов и возгораний кажется единственным, что может слегка упорядочить медленный дрейф к безумию.
Эльдар Рязанов открыл киноклуб «Эльдар», чему мы все очень рады, потому что Рязанова ценим и любим, особенно зимой, особенно в снегу, который, как и предсказывалось, идет густой-густой. Открытие клуба было макабрическим, и если это называется «театральный капустник», то театр заслуживает звания анатомического. Началось с того, что Юрий Лужков вышел на сцену и самозабвенно спародировал Хазанова. Я даже решила, что это не Лужков вовсе, а какой-нибудь пошлый пародист типа Гальцева прикалывается. Ну, не может мэр Москвы тыкать пальцем в сторону уважаемого человека и хорошего режиссера и говорить:
«Приходит толстый, такой весь из себя пушистый».
Остальные выступающие, от Максима Дунаевского и Нонны Мордюковой до Сергея Никитина и трио Сергей Соловьев – Олег Басилашвили – Александр Ширвиндт, пели песни про то, что все пройдет, и печаль, и радость, про то, как милый лежит в сырой земле, про то, что с каждым летом все больше шансов стать скелетом, в общем, по-всякому веселились. Швыдкой подарил Рязанову рояль и сам же на нем сыграл. Присутствующие начали обсуждать, что вот ведь мог человек сделать хорошую, достойную карьеру пианиста, а чем приходится вместо этого заниматься. Краше всех была Людмила Гурченко, закончившая свое выступление словами:
«Что-то я тут расстроилась. Старая, больная, расстроилась. Выгляжу хорошо, да. Но это неважно».
А Гусман, пока оркестр на сцене играл вальс Свиридова из «Метели», оптимистически орал из публики: «Все там будем!»
Веселились как могли, в общем. Клуб получился очень стильным, со скульптурами работы Церетели (маленькими), кадрами из комедий Данелии и Аллы Суриковой (маленькими) и большими экранами, на которых нон-стоп крутят кадры с Фредом Астером и другими классиками.
Что касается музыкальных инструментов: сквозь снег до Москвы долетела израильская группа «Билуим». Говорят, за диск этой группы в Израиле могут написать курсовую работу. На таможне группу задержали: она имела неосторожность везти с собой скрипку. Таможенники решили перестраховаться: вдруг это скрипка Страдивари?
Желающие послушать израильского рокабилли-панк-Страдивари могут это сделать в воскресенье в клубе «Билингва». Песни у «Билуима» годятся для учета взрывов и возгораний. Например, про араба, который строит дома на израильской территории:
«Во время обеденного перерыва можно смотреть на теракты и взрывы. Помешивай бетон, Ахмад, помешивай бетон».
Самый омерзительный скандал последней недели – история с псевдодирективой по цензуре. Некая известная сеть сайтов, посвященных литературе, якобы ввела цензуру на своих страницах, запретив упоминания о чеченской войне, терактах, президенте РФ, а также упоминания о членах «Единой России» в негативном контексте, а объявленных в федеральный розыск – в позитивном. И так далее. Директива выглядела очень натуральной, не считая того, что очевидно являлась пиар-акцией ее создателя. Поэтому писать о ней не буду. Есть идеи, которые невозможно довести до абсурда, потому что они уже там. Помешивай бетон, Ахмад, помешивай бетон.
