Весенние салоны в ЦДХ – это всесоюзные выставки. Как будто не было перестройки, клеточного деления на государственном уровне и Союз художников (СХ) СССР вновь собирает ежегодные смотры достижений интернационального художественного хозяйства. Только вместо СХ СССР теперь действует Международная конфедерация союзов художников и экспонаты везут через границу, а сам форум приобрел коммерческий оттенок. Здесь обычно представлены художники, прошедшие отбор по принципу национальной самобытности в русле патриотического традиционализма и узнаваемости. СХ России должен в идеале показать посконные пейзажи Среднерусской возвышенности; закавказские СХ – пряный колорит черноглазых красавиц и декоративной, будто мультипликационной, пластики; представители Средней Азии – столь же привычный фиолетово-желтый, залитый солнцем портрет родных просторов с цветастыми женскими платьями и общей неторопливостью.
Примерно так все и происходит. Но случаются неожиданности. Организаторы нынешнего салона очень обрадовались участию прибалтийских коллег – вроде как все в сборе, и флаги можно вывешивать. Эстонцев и литовцев разместили на заглавном месте – при входе в залы второго этажа. Может, организаторы не разглядели, что именно привезли балтийцы, потому что в рамках этого сдобренного нафталином мероприятия их проекты можно было бы назвать художественной диверсией. Жители Балтии всегда выделялись на любых подобных сборищах, а теперь и вовсе ушли в отрыв. Во всяком случае то, что привезли на салон, можно будет смело показать на грядущей ярмарке современного искусства «Арт-Москва» — самом радикальном художественном смотре в России.
Посетителя салона встречает эстонский проект «Сто и грибы». Звучит как беглый заказ в ресторане. Но, глядя на большие принты, понимаешь: с грибами тут что-то не так. Их шляпки, превращенные в «небесный атлас», и фотографии некоего заброшенного промышленного здания – фабрики или электростанции – дают повод заподозрить повара в приверженности псилоцибиновой диете.
Руины всегда завораживают, романтизм жив и будет жить, меняются только архитектурные стили: в начале XIX века это были руины замков, а в начале XXI – гигантские психоделического вида индустриальные объекты.
Еще по сто и пойдем дальше.
Рядом – невинные на первый взгляд картинки. В схематичные, черным контуром, рисунки зданий вторгается красная краска. Проект называется «Говорящие дома в Москве». Рядом висят тексты, похожие на детские страшилки или сюжеты фильмов ужасов, написанные от имени конкретных домов. Для примера, концовка одного из них:
«…А мужик до сих пор висит на стене и по всей квартире его мозги, кровища, все это дерьмо. Эти двое были явно психи. И я думаю, еще и геи» («Международное общественное движение ЛГБТ» признано экстремистским и террористическим, запрещено на территории РФ).
Так рассказывает дом на углу Чехова и Садово-Триумфальной.
После достигнутого в начале экспозиции градуса провокативности все остальное кажется еще более пресным, чем обычно. И надо погасить в собственном мозгу галлюцинаторные импульсы, отключить защитный экран постмодернистской иронии, прежде чем разглядывать живопись, сделанную всерьез. А тогда уже обратить внимание на нескольких авторов. В первую очередь – на Акопа Акопяна, возможно, самого известного армянского художника современности. Не столько на его сюрреалистические опусы, сколько на простые пейзажи. Сухая, графичная манера несколько непривычна российской публике, воспитанной на свободной живописности своих лучших художников.
Будто в ответ рядом с армянским мастером СХ России показывает живопись Юрия Рысухина, пародию на Акопяна по манере накладывать краску, но в первую очередь – в композиции и образном строе – пародию на Брейгеля. А напрямую, без рефлексии цитировать классиков – свойство наивности или беззастенчивости. Словом, картинный базар на Крымской набережной был бы рад принять в свои ряды единомышленника.
Проект «Майдан», выдержанный в оранжевых тонах, – вклад Украины в международный салон.
Здесь можно увидеть, например, что-то вроде стеклянной оранжевой вазы с белыми прожилками под названием «Зимние тропы оранжевой революции». На полном серьезе и без грибов.
В этом окружении редкие случаи вразумительной худпродукции становятся заметны. Будь то пастели Алексея Каменского, восстановленный студентами макет павильона СССР, созданный Константином Мельниковым для парижской выставки 1925 года, или минималистичные пейзажи Татьяны Опацкой. Взамен всего остального – еще по сто и счет, пожалуйста.
ЦДХ. Крымский вал, 10. Салон «ЦДХ-05» – до 27 марта.
