У многих крупных музеев есть выставочные площадки на стороне. Это такие филиалы, где могут случаться самые неожиданные выставки. В случае провала метрополия всегда сможет отказаться от причастности к делам автономии, а в момент успеха хозяйским движением одобрительно похлопать по плечу. Выставку Генриха Фогелера, Рудольфа Штейнера и Йозефа Бойса к музею Пушкина никак не приладить: при чем тут Пушкин? Но филиал в Денежном переулке находится рядом с мемориальной квартирой Андрея Белого, а Белый как раз при чем.
В итоге этой коллизии Денежный переулок получил выставку трех едва ли не самых странных персонажей немецкой культуры ХХ века, плюс гравюры молодого художника Ландта и никогда не показывавшиеся в России рисунки Андрея Белого.
Генрих Фогелер — художник, прошедший путь от модерна до соцреализма. Точнее — от немецкого югендстиля в своем поместье Баркенхоф до смерти в колхозе имени С. М. Буденного близ станции Корнеевка. Так тоже бывает. Жил себе немец, делал свой немецкий модерн, весьма, кстати, качественно — был одним из лучших. Изучал немецкий фольклор в окрестных деревнях, делал на его основе дизайн мебели, создавал эскизы типичнейших для югендстиля ножей и вилок. Как положено художнику рубежа XIX–XX веков, мечтал о синтезе искусства и жизни. Потом — на первую мировую добровольцем. Насмотревшись там, написал пацифистское письмо кайзеру Вильгельму II, за что провел три месяца в психушке. Потом стал коммунистом. Но не таким, какие в России с маузерами бегали, а утонченным, идеалистическим немецким коммунистом. Еще можно добавить — христианским.
В общем — мы таких тут не видели: «счастье добровольной работы», фрески с советской звездой, восходящей над новорожденным ребенком, отшельничество на пасеке.
Женитьба на дочери Юлиана Мархлевского, одного из организаторов МОПР (Международной организации помощи борцам революции), довершила дело — в 1931 Фогелер переехал в Москву. Пытался писать соцреализм, но поначалу выходил Кремль в виде Небесного Иерусалима. В начале войны, как тысячи других немцев, его услали в Казахстан. Зимы в колхозе имени С. М. Буденного Карагандинской области он не пережил.
Йозеф Бойс — персонаж еще более странный.
При этом — весьма значимая фигура в искусстве послевоенной Германии. В России его работ видели очень мало, сюда доносятся только отголоски славы. Чего стоит хотя бы легендарная история о том, как самолет Бойса, служившего в люфтваффе во время второй мировой, был сбит над Крымом, а его самого выходили крымские татары. Жир, войлок, мед, творог и воск в сочетании с шаманским перформансом стали неизменными атрибутами его произведений, отсылающих к этому чудесному излечению. Но большая часть его творчества посвящена социальному аспекту. В 1976 он даже баллотировался в бундестаг от партии «зеленых», которая некоторым образом — его детище. На выставке в Денежном переулке его присутствие лишь обозначено тремя картинками. Но он здесь необходим, чтобы замкнуть повествование.
А в середине этой экспозиционной конструкции находится Рудольф Штейнер, философ, литературный критик, создатель антропософии. Без него на выставке не сложилась бы идеальная команда для игры в бисер. Штейнер — обладатель такой же гремучей смеси биографических данных. Вот некоторые занятия и области знаний, в которых он играл ключевую роль: теософия, антропософская («вальдорфская») педагогика, биодинамическое земледелие, альтернативная концепция бескризисного денежного обращения. На его лекции собирался народ со всей Европы (Андрей Белый с женой Асей Тургеневой были среди его ближайших учеников). На лекциях Штейнер размашисто рисовал на доске цветными мелками, и почитатели стали обтягивать доску черной бумагой, чтобы рисунки не пропадали. Из архива Штейнера в Дорнахе (Швейцария) в Москву приехали несколько таких листов. Они оказались удивительно красивыми. Схемы его необычных идей вполне могли бы выставляться в качестве произведений изобразительного искусства. Если учесть, что ранние работы Фогелера показаны лишь фотокопиями, а Бойса маловато, то Штейнер здесь — самый яркий художник.
Выставочные залы музея А. С. Пушкина. «От поэтической утопии к зримому духу» — до 20 октября.
