«Как-то раз я за одну ночь побывал в двадцати восьми местах, но, к чести моей будь сказано, нигде больше трех кружек пива не пил». Может быть, и глупо поверять свою жизнь Швейком, но уж больно книжка актуальная. При желании его надо продавать на одной полке с книгами по менеджменту: «Эффективные стратегии поведения в пивной, в сумасшедшем доме и при общении с начальством».
Эффективных стратегий поведения на фестивале «Цифроград», который состоится в Москве в ночь на субботу, есть две. Одна – сюда не ходить, сидеть дома и перечитывать «Похождения Швейка». Другая тоже общеизвестна: «Когда мы обошли с дюжину различных кабачков, то обнаружили, что начальник-то у нас пропал, хотя мы его загодя привязали на веревочку и водили за собой, как собачонку. Тогда мы отправились его разыскивать и под конец растеряли друг друга».
Фестиваль, название которого почему-то созвучно названию салона мобильных телефонов, проходит в режиме Pub Crowling (переползания из одного бара в другой) в нескольких важных московских танцевальных заведениях. В нашем случае их будет три, но поскольку пивo при этом пить не принято, это будет чрезвычайно утомительно. Да и вместо уютных пражских пивных будут бывшие промышленные объекты, оборудованные источниками шума, значительно превышающего допустимые в тяжелой промышленности нормы.
Начнется с клуба Fabrique, огромного помещения на Космодамианской набережной.
Там выступит Паоло Моджо — совсем свежий, еще довольно молодой, прославился в прошлом году, первый альбом выпустил прошлой зимой, будет крутить обязательный сегодня набор из хауса, фанка, электро и техно. Начнется сет в 11 вечера, по крайней мере таково обещание организаторов. Московские концерты и тем более сеты знаменитых диджеев никогда не начинаются вовремя, кроме того, там еще должны быть розыгрыши мобильных телефонов и презентации разного невероятного, так что есть очень большой шанс, что услышать волшебное искусство молодого сводильщика пластинок так и не удастся: в это же время в XIII за вертушки встанет Хосе Нунес, вовсе даже не молодой, работавший с Reel 2 Reel (а это ж еще до революции было). Это джаз-диско-латино-твист: «Оба полицейских рапортовали, будто я напился, вел себя непристойно, отколотил одну даму, разрезал перочинным ножом чужую шляпу, которую снял с вешалки, разогнал дамскую капеллу, публично обвинил обер-кельнера в краже двенадцати крон, разбил мраморную доску у столика, за которым сидел, и умышленно плюнул незнакомому господину за соседним столиком в черный кофе».
И последнее, что ждет публику в эту до отвращения бурную ночь, — это Orbital в «Гауди». Orbital некогда были лучшей и главной электронной группой танцевальной революции 90-х, одни из первых в этой волне они придумали использовать фишки и промоушн больших рок-групп, возглавили в 1995 году главный в мире рок-фестиваль Гластонбери и играли очень человечную и мелодичную музыку.
В прошлом году они записали последний «Синий альбом» и распались. Все, финита, нет больше Orbital. В «Гауди» едет одинокий Фил Хартнолл без брата Пола с банальным диджейским сетом, а промоутеры бодро рапортуют, что наконец-то легендарная группа выступит перед московскими фанатами. Впрочем, у нас и не такое бывало, в Москву однажды T-Rex привозили: «Это были гадкие страшилища, не имевшие абсолютно ничего общего ни с одной из чистокровных собак, за которых Швейк выдавал их Бретшнейдеру. Сенбернар был помесь нечистокровного пуделя с дворняжкой; фокстерьер, с ушами таксы, был величиной с волкодава, а ноги у него были выгнуты, словно он болел рахитом; леонберг своей мохнатой мордой напоминал овчарку, у него был обрубленный хвост, рост таксы и голый зад, как у павиана».
Кому надо, главное — этот «Гауди» найти. Расположен он на Складочной улице, которая обозначена не на всех картах города и не всегда там, где она есть на самом деле, посередине ее находится огромная яма, преодолеть которую на автомобиле невозможно, таксисты, как правило, не знают, где этот клуб, так что лучше привяжитесь к кому-нибудь веревочкой и ищите эти Будейовицы вместе.
Тут бы и кончить рассказ о самой безумной ночи ноября, но на следующий день в том же клубе «Гауди» (перекрашенный в фиолетово-розовый цвет элеватор) выступит The Orb.
The Orb и Orbital – не одно и то же и даже не родственники, хотя нечто общее между ними есть.
The Orb придумали Ambient House, музыку, которую включают, когда танцующие уже обессилели от переутомления и обезвоживания, но еще не слегли от похмелья. Оказалось, что она пользуется бешеным спросом, хотя Алекс Патерсон со своей группой выступали по телевизору и заняли первые строчки в таблицах продаж в 1992 году. Группа использовала звуки природы, странные вокальные сэмплы, синтезаторные разливы в духе Брайана Ино. Они тоже рекламировались альбомами, что объединяло их с Orbital и со всеми рок-группами.
В нынешней ситуации роднит эти проекты еще и то, что приедут они не целиком. На мини-фестиваль умного электронного лейбла Kompakt приедет Le Petit Orb: сам Паттерсон и его главный друг и соратник Томас Фельман, присоединившийся к группе в 1995 году. На два дня в Москву вернутся девяностые, для кого-то — лучшее время в истории человечества.
«Помню, как-то одну женщину осудили за то, что она удавила своих новорожденных близнецов. Хотя она клялась, что не могла задушить близнецов, потому что у нее родилась только одна девочка, которую ей совсем безболезненно удалось придушить, ее все-таки осудили за убийство двух человек...»
