Ллойд Кауфман, крошечный комичный мужчина, глава студии Тrоmа, режиссер-author, признанный французской синематекой, Бунюэль и Годар наших дней, приехал в Москву, чтобы научить нас снимать кино. Он провел семинар, показал несколько учебных фильмов и приветил двух девочек.

Конечно, на самом деле он приехал открывать «Тромафест», который в этом году проходит в Москве, Питере и почему-то в Волгограде. Публика может пообщаться с маэстро и даже потрогать его руками, а он, в свою очередь, продвигает свое кино. Поклонники платят ему пятьдесят рублей за право пообщаться на семинаре, а он заставляет их покупать свои фильмы.

С другой стороны, его сотрудники в студии Troma считают, что он приехал в Россию пить водку и трахать проституток. Верить этому нельзя. Кауфмана гораздо больше интересует процесс, чем результат.

В Москве он давал интервью и сам все снимал на цифровую камеру.

«Цифровая камера – это революция в искусстве, она может в несколько раз уменьшить самый скромный кинобюджет, теперь уж точно каждый дурак может снять свое проклятое кино».

Как будто для того, чтобы проиллюстрировать его тезис, к Кауфману подкатили две юные девицы – Ира и Вика, сестры-людоедки. Ира и Вика, 17 и 15 лет, одна крашеная, другая в очках и говорит басом, сняли двадцатиминутное кино «Cannibal Sisters». В этом фильме девочки сначала делают котлеты из человечьего мяса (им его доставляют из морга), а потом, когда мясо в морге кончается, одна съедает другую.

Девочки подарили кассету Кауфману и спросили его, как им продвигать свое кино. Кауфман их обнимал, сажал к себе на коленки, заставлял вместе позировать перед камерой, приводил в пример на семинаре, говоря, что, конечно, абсолютная творческая свобода – это то, ради чего он возится со своими ничтожными полумиллионными бюджетами, но когда продвигаешь свое детище – надо быть шлюхой от искусства, вот как эти две прекрасные сестры-людоедки.

Последние уже точно получили пятнадцать минут славы, к середине семинара их уже приглашали на телевидение.

Семинар проходил в теплой, дружественной атмосфере. Зал кинотеатра «Фитиль» был заполнен целиком, пара сотен кинолюбителей сидела на ступеньках, друг у друга на головах и лежала на сцене. Кауфман отвечал на довольно скучные вопросы и показывал учебные фильмы.

Из них мы узнали, что во время кастинга на студии Troma девушки хлещут сиськами юношей по лицу. Что Troma с ужасным скрипом дают рейтинг Р, если в кадре есть кровь (спрашивается, а что еще должно быть в кадре трома-фильма?). Потому, когда ужасная красавица-блондинка, подручная Кауфмана, демонстрировала прием «Кровавая пена льется изо рта», она набрала в рот сельтерского порошка, воды и зеленого пищевого красителя. Блондинка, загримированная, как будто ее ударили по лицу штакетиной, у которой изо рта льется изумрудная пена, – типичная Troma.

Иностранные рецензенты, говоря о Кауфмане, используют игру слов «Концентрация кемпа» – concentration camp, и неспроста.

Также мы узнали, что нет универсального способа выцыганить денег у инвесторов, Кауфман использует любые: «Эй, мистер, если я у вас отсосу, вы дадите мне десять тысяч долларов под два процента годовых, чтобы я смог поставить «Токсический мститель: мюзикл»?»

Скромный бюджет — вообще главный секрет творческой свободы. Кауфман останавливался на этом подробно несколько раз. Чем больше бюджет, тем больше рук вмешивается в художественный процесс, тем больше компромиссов приходится заключать. Последний фильм Кауфмана «Атака куриных зомби» о том, как магнаты фаст-фуда открыли куриную закусочную, стилизованную под военный бункер, на древнем индейском кладбище, снят на пенсионные накопления его и его жены: инвестора под этот сценарий не нашел даже он.

«Меня никогда не интересовал большой бюджет. Никогда не интересовали звезды – ну разве что трахнуть какую-нибудь голливудскую звезду, но я женат, и моя жена убьет меня. Меня это не интересует. Чем больше денег – тем больше вмешательств будет. Я – автор, один из немногих авторов от кинематографа. Я делаю это сорок лет, и причина моей свободы – скромные бюджеты. Чтобы снять трома-кино, надо спать на полу, есть бутерброды с сыром три раза в день и какать в бумажный пакет», — заявил Кауфман в интервью «Парку культуры». Про бумажный пакет он еще довольно подробно говорил потом на семинаре: звезд Troma не возят на лимузинах, у них и туалета с ванной-то чаще всего не бывает.

И таким образом Кауфман выдал самый главный секрет трэш-кинематографа, который витал в воздухе весь вечер.

Нельзя прислушиваться к советам. Надо безжалостно эксплуатировать всех вокруг, будь то пятнадцатилетние кинолюдоедки или трома-звезды, бородатые женщины и карлики, надо заставлять их жить в нечеловеческих условиях и получать за это гроши. Надо больше всего на свете восхищаться собой – последним и единственным независимым кинематографистом, автором «Токсического мстителя» и «Тромео и Джульетты», ни разу за сорок лет не прогнувшимся перед индустрией, которой сдались даже такие трома-гиганты, как Оливер Стоун и Кевин Костнер и примкнувший к ним на правах сочувствующего Питер Джексон.

Бороться и искать, найти и не сдаваться, снимать кино сотнями, пробивать их в кинотеатры в обход «сатанинских медиаконцернов», воровать декорации на свалках. Тратить большую часть бюджета на пленку (только из консерватизма и нелюбви к новым технологиям), отказываться от цифровых спецэффектов и оставаться последним бастионом резины, жирного грима, красного пищевого красителя и дурного вкуса.