Суд над Нурпашей Кулаевым, единственным выжившим участником захвата школы № 1 в Беслане, перешел в заключительную стадию – прения сторон. К этому многие участника были не готовы. С утра потерпевшие обратились к суду с ходатайством о продлении процесса и вызове дополнительных свидетелей. По словам Эллы Кесаевой, главы комитета «Голос Беслана», Руслан Аушев лично дал ей в телефонном разговоре согласие на приезд в Беслан для допроса 16 февраля. Но суд посчитал, что «показания, которые Аушев дал на предварительном заседании, не могут пролить свет на дело Кулаева», и ходатайство было отклонено.
Первым в прениях выступил руководитель группы обвинения Николай Шепель. Он быстро зачитал заключительное обвинение, в котором потребовал для обвиняемого высшей меры наказания – смертной казни.
По словам Шепеля, «очевидно, что Кулаев не идеолог, не организатор, а рядовой исполнитель. Но именно такие, как Кулаев, приводят в действие адские машины». Кроме того, Шепель назвал Кулаева «подготовленным террористом» и настаивал на том, что «правдивыми его показания считать нельзя» (как неоднократно писала «Газета», во многих местах показания подсудимого расходились с версией прокуратуры).
Шепель также заверил потерпевших, что все поднятые ими вопросы будут рассмотрены в ходе «основного дела» по Беслану. Но потерпевшие выразили свои сомнения. — Но в основном деле нет фигурантов, — обратился к Шепелю один из потерпевших, — Шепелю пора раскрыть правду по этому делу. Мы хотим знать, есть ли вообще это «основное дело», ведь до апреля 2005 года нас уверяли, что и огнеметы не стреляли. А ведь там отчетливые следы на стене, которые потом замазали. Мы вообще считаем, что 3 сентября сотрудники МЧС вывозкой трупов отвлекли внимание, а потом по школе дали залповый огонь. Пора уже сказать об этом, Николай Иванович.
Но Николай Иванович твердил: — Я уже не раз объяснял, что такое основное дело. У нас есть санкции на арест Масхадова, Абу-Дзейта, Басаева. Первые два, как вам известно, уже уничтожены. А процесс Кулаева надо завершать и осуждать его. — Оттого, что вы убьете и Басаева, нам легче не станет, — сказал кто-то из зала. — Уважаемый Николай Иванович, мы себя ни с кем сравнивать не будем. Наше горе не идет ни в какое сравнение. Наших детей замучили, сожгли, убили голодными, без воды. И как бы вам ни хотелось, мы не остановимся. Мы будем добиваться правды! – сказала Шепелю потерпевшая Губурова, срываясь на крик.
После того как Шепель закончил свое обвинительное заключение, суд взял перерыв для подготовки к выступлению защиты. Прежде чем Кулаева увели из зала, он успел о чем-то переговорить со своим адвокатом.
Потерпевшие еще долго не могли успокоиться. Глава комитета «Матери Беслана» Сусанна Дудиева сделала заявление, в котором согласилась с требованием обвинения о смертной казни, но тут же добавила, что «мы будем продолжать требовать наказания всех виновных, в том числе должностных лиц».
Элла Кесаева же из «Голоса Беслана» решила объявить голодовку в знак протеста против завершения судебного следствия. Планируется, что в акции протеста примут участие около 15 человек из комитета Кесаевой.
Голодать женщины будут в офисе комитета в Беслане. «Мы выражаем протест по этому поводу (по завершению судебного следствия), расследование велось необъективно, не назвали истинных виновных, и на основное дело у нас нет никаких надежд», — сказала Кесаева журналистам у здания суда во Владикавказе. «Суд захотели сегодня закрыть и резко перешли на прения, я еле-еле успела зачитать свое ходатайство, мы не согласны с этим, еще много вопросов остаются открытыми, и мы объявляем бессрочную голодовку. Вот сколько нас есть женщин в «Голосе Беслана», мы все будем голодать», — заявила Кесаева.
Процесс продолжится в Верховном суде Северной Осетии 14 февраля.
