«Мы не видим перспектив работы в этой стране», — заявил «Интерфаксу» глава ОАО «Технопромэкспорт» (100% принадлежит государству) Сергей Моложавый. По его словам, компания отказывается от участия в тендере на строительство электростанции в Иране и вообще закрывает свое представительство в этой стране.
Изначально договоренность об участии «Технопромэкспорта» в строительстве первой в Иране угольной электростанции «Табас» и обустройстве угольного месторождения Мазино-1 была достигнута еще в 2001 году во время визита предыдущего президента Ирана Мохаммада Хатами в Россию. После переговоров российская компания подготовила ТЭО и согласовала с иранцами параметры контракта на строительство четырех энергоблоков станции мощностью около 1260 МВт. Стоимость работ оценивалась в $500 млн. Однако в августе 2004 года иранские власти объявили открытый тендер на возведение электростанции, на который подали заявки целый ряд компаний, в том числе немецкая, две китайские, французская и корейская компании. В итоге претендентами на контракт оказались «Технопромэкспорт» в консорциуме с иранской фирмой и китайская компания, также в партнерстве с иранцами.
Тем не менее вчера глава российской компании Сергей Моложавый заявил, что, по новым оценкам специалистов, стоимость работ составит $800 млн вместо $500 млн.
«Таких денег у Ирана нет, а работать себе в убыток для того, чтобы они могли сделать атомную бомбу, мы не будем», — заявил глава «Технопромэкспорта».
По его словам, серьезной причиной также является угроза введения международных санкций против Ирана. «Зачем нам попадать в черные списки компаний, которые работают в стране, в отношении которой действуют санкции?» — заявил Сергей Моложавый.
«Технопромэкспорт» работал в иранской энергетике не один год. Всего российская компания ввела в Иране примерно 10% генерирующих мощностей от общего объема по стране. Например, были построены восемь энергоблоков на ТЭС «Шахид Мохаммад Монтазери» в Исфахане и шесть блоков на ТЭС «Рамин» в Ахвазе.
Причины, по которым российская государственная компания заявляет о выходе с иранского рынка строительства энергообъектов, могут оказаться глубже, чем просто недовольство ценой.
Эксперты убеждены, что подобные заявления не случайны, хотя расходятся во мнениях относительно их истинных причин.
Заместитель генерального директора Центра политических технологий Алексей Макаркин убежден, что выход госкомпании из сотрудничества с Ираном выражает раздражение Москвы тем, что Иран пытался, используя российский фактор, затягивать переговоры, не принимая всерьез инициативу по обогащению урана на российской территории. «Я бы пока не говорил, что Россия отказывается от Ирана. Скорее это некий знак того, что Россия не хочет быть в фарватере иранской внешней политики», — говорит Макаркин. По его мнению, Россия принципиально выступает только против силовых действий, но вполне может согласиться на санкции. Признаком этого являются заявления главы «Технопромэкспорта».
Однако генеральный директор Центра изучения современного Ирана Раджаб Сафаров не согласен с подобной интерпретацией.
«Я меньше всего думаю, что заявление главы этой компании связано с государственной политикой. Скорее это попытка красиво уйти из Ирана», — сказал Сафаров «Газете.Ru».
Иранское правительство, отмечает эксперт, давно недовольно качеством услуг «Технопромэкспорта», и компания имела очень небольшие шансы победить в предстоящих тендерах. Иранская энергетика развивается сейчас быстрыми темпами и нуждается в технологиях, и не только в российских. «На место «Технопромэкспорта» легко могут прийти европейские компании из тех стран, которые сейчас выступают за введение санкций», — сказал Раджаб Сафаров.
