Комиссия Общественной палаты (ОП) по вопросам толерантности и свободы совести выступила с заявлением о необходимости отстранить суды присяжных от разбирательства дел о скинхедах. Как говорится в официальном заявлении комиссии от 26 июня, опубликованном накануне на сайте ОП, «к сожалению, присяжные заседатели, то есть обычные граждане российского общества, оказались не в состоянии признать и подтвердить вину подсудимых». Такой вывод общественники сделали после того, как 25 июля суд присяжных в Санкт-Петербурге оправдал четырех обвиняемых в убийстве студента из Конго. Это, по подсчетам ОП, был уже третий случай, когда присяжные оправдывали скинхедов.
Причину развала дел в судах в Общественной палате видят в негативном настрое общества по отношению к иностранцам, который присяжные «переносят в судебную комнату». Вдобавок присяжные опасаются оказания на них давления со стороны заинтересованных лиц. Еще одним недостатком глава комиссии Валерий Тишков в эфире радиостанции «Эхо Москвы» назвал тот факт, что присяжные выбираются случайно.
В связи с неоднократными эпизодами оправдания скинхедов палата предложила вообще запретить присяжным рассматривать подобные дела.
Вместо них, по мнению общественников, дела об экстремизме должны вести только высококвалифицированные судьи, прошедшие «специальную подготовку». Какой-либо вины органов следствия в том, что подсудимые уходят от ответственности, палата при этом не видит.
Впрочем, никаких законодательных инициатив по ограничению работы судов присяжных пока нет, и заявление палаты не обращено к какому-либо конкретному лицу или органу власти. Тем не менее в своем заявлении члены Общественной палаты заявили, что готовы поддержать подобную инициативу, если она появится.
Однако законодатели, судьи и правозащитники высказались категорически против заявления палаты.
Как рассказал «Газете.Ru» председатель думского комитета по законодательству Павел Крашенинников, вносить такие поправки в закон «мягко говоря, не очень правильно». «Разные исключения делать можно, и время от времени такие предложения поступают. Но по закону суд присяжных предназначен для рассмотрения тяжких и особо тяжких преступлений. И не важно, кто обвиняемый — экстремист, скинхед, бармен или дворник, главное, что совершенное им преступление подпадает под нормы, по которым его могут судить присяжные. И критерии не должны зависеть от специфики, они должны быть объективными, а не субъективными», — отметил Крашенинников.
По мнению законодателей, проблема кроется вовсе не в присяжных, а в некачественной работе органов прокуратуры.
По словам Крашенинникова, если обвинение хочет довести дело до конца, оно просто должно очень хорошо подготовиться.
Такого же мнения придерживаются и российские судьи. Профессор Московского института экономики, политики и права, заслуженный юрист России Сергей Пашин заявил «Газете.Ru», что дела о скинхедах разваливаются в судах чаще всего именно из-за неподготовленности следственных органов и их слабой заинтересованности в успешном завершении подобных дел. «У следствия есть все механизмы для сбора доказательной базы, но проблема заключается в нежелании работать, а также в установке и убеждениях представителей органов дознания. Это хорошо видно было по делу Ульмана, где следствие заняло колеблющуюся позицию по отношению к подсудимым», — говорит эксперт.
По его мнению, заявление Общественной палаты стоит на грани призыва к введению в стране чрезвычайных судов. «Однако во всем мире специализированные суды, например по делам о терроризме, не приветствуются международными организациями по защите прав человека, и за подобными судами устанавливается жесткий контроль», — говорит Пашин. Аналогичные меры, по его словам, существовали только в царской России, когда после убийства царя Александр III начал контрреформу и стал вводить узкоспециализированные суды против революционеров. «Сейчас, если даже судьи пройдут специальную подготовку, узкая специализация и служебная заинтересованность настроит их на вынесение обвинительных приговоров. Это при том, что оправдательных решений у нас и так в судебной практике очень небольшой процент», — говорит Пашин.
Обвинения присяжных в предвзятости Сергей Пашин считает необоснованными.
«Есть такое понятие, как парадокс Лапьера: слова, сказанные человеком при участии в соцопросе, могут отличаться от решений, принятых им в другой ситуации. Например, психологи проводили работу с присяжными, рассматривавшими дело о терроризме в Ставрополье в 1995 году. Одна из присяжных заявила психологам, что ненавидит иммигрантов, при этом она и другие присяжные вынесли оправдательный приговор мигрантам, которые были среди подсудимых», — говорит Пашин.
По его мнению, суть проблемы кроется еще и в несоблюдении законов о защите присяжных.
«Еще в 1995 году был принят закон об изоляции присяжных на время процесса, однако до сих пор он применяется крайне редко. Хотя деньги на это есть, мера просто невыгодна: потом не будет возможности отменить вынесенный присяжными нежелательный вердикт, сославшись на оказание давления на них», — говорит эксперт.
По словам Пашина, даже мировая практика показывает, что ограничение присяжных неэффективная мера. В США любой человек может выбрать суд присяжных, а в Австрии прерогативой присяжных являются все дела о наиболее тяжких преступлениях. «Говорить о том, что присяжные выносят только оправдательные вердикты (об этом, в частности, заявлял бывший генпрокурор Валентин Степанков), это возвращение в советские времена», — отметил Пашин.
Категорически против запрета присяжных в делах о скинхедах выступили и правозащитники, ведущие активную борьбу с национализмом.
«Это подмена понятий. Если хорошо сработает следствие и будут представлены убедительные доказательства вины людей, независимо от специфики преступления суд присяжных вынесет обвинительный вердикт», — заявила «Газете.Ru» заместитель директора информационно-аналитического центра «СОВА» Галина Кожевникова. По ее словам, инициатива Общественной палаты «не может рассматриваться иначе как очередной наезд на суды присяжных, предподнесенный как борьба с фашизмом».
«Комиссия по толерантности Общественной палаты очередной раз продемонстрировала, что она сильно не в курсе происходящего. По крайней мере нам случаи массового оправдания расистов судами присяжных неизвестны, — сказала Кожевникова. — Наиболее громкий случай — дело об убийстве Хуршеды Султоновой, но там к присяжным нет никаких претензий, это однозначно была плохая работа следствия». Чтобы такого больше не происходило, нужно не выводить преступления из категории рассмотрения присяжными, а повышать качество следствия.
Что касается представителей следствия, которые уже не раз заявляли, что доказательств по разваленным делам у них было собрано вполне достаточно, то они пока решили от комментариев воздержаться.
В пятницу в пресс-службе Генпрокуратуры «Газете.Ru» сообщили, что они не могут комментировать решения судов присяжных и выступления Общественной палаты. Однако заявили, что с приходом нового генпрокурора работа по всем направлениям в органах дознания была усилена, в том числе и по делам об экстремизме.
