В пятницу стало известно, что на процессе по делу о покушении на главу РАО «ЕЭС России» Анатолия Чубайса разгорелся скандал, результатом которого может стать роспуск коллегии присяжных заседателей. Инициатором роспуска и, следовательно, начала нового судебного процесса выступила сторона обвинения – прокурор Генеральной прокуратуры России Светлана Артемьева.
Адвокаты подсудимых отказались комментировать инцидент, сославшись на обещание судьи Александра Козлова отстранить от процесса всякого, кто даст хотя бы один комментарий о ходе процесса, объявленного закрытым.
Однако как стало известно «Газете.Ru», источником нешуточного скандала стало выступление свидетеля обвинения – приятеля Роберта Яшина, водителя-частника, 34-летнего Игоря Карватко (по оценке участников процесса, Карватко является ключевым свидетелем, чьи показания положены в основу обвинительного заключения). Из показаний, данных Игорем Карватко на предварительном следствии, вырисовывалась следующая картина: Роберт Яшин и Александр Найденов купили на строительном рынке электрические провода и полиуретановые рулоны, из которых впоследствии были изготовлены электрическая цепь для подрыва фугаса и коврики для устройства огневых позиций, использовавшиеся при покушении на Чубайса.
В четверг Игорь Карватко был вызван в суд, чтобы перед лицом коллегии присяжных подтвердить или опровергнуть данные им показания.
По информации «Газеты.Ru», как только Игорь Карватко поднялся на трибуну, он сразу заявил, что оглашать его показания нельзя, поскольку они были получены под давлением.
Однако судья Александр Козлов разрешил прокурору зачитать показания свидетеля. После того, как это было сделано, судья спросил у Карватко – какие он имеет претензии к собственным словам. Тогда свидетель в присутствии присяжных заявил, что показания были выбиты у него сотрудниками милиции.
Услышав это, со своего места на скамье подсудимых встал Роберт Яшин, который, обращаясь к государственному обвинителю Артемьевой, сказал: «Почему вы не можете обеспечить своего свидетеля защитой?!» После возмущенная реплика последовала и от Владимира Квачкова. Судья Александр Козлов потребовал удалить из зала суда обоих подсудимых, сославшись на то, что они своими репликами срывают ход судебного заседания. После этого судья также удалил из зала суда молчавшего все это время Александра Найденова, а также присяжных, чтобы провести проверку слов свидетеля.
Таким образом, в зале остались свидетель Игорь Карватко, судья Александр Козлов, защитники подсудимых и государственный обвинитель. «И вот между ними начались разборки, которые продолжались полчаса», — рассказал один из участников процесса. По словам источника, судье Игорь Карватко более подробно рассказал, как именно сотрудники милиции выбивали из него показания. По словам свидетеля, вскоре после покушения на Анатолия Чубайса и задержания по горячим следам Владимира Квачкова, Роберта Яшина и Александра Найденова его выкрали в Москве и перевезли в Тверь некие люди, которые впоследствии оказались сотрудниками милиции. В Твери Карватко, по его словам, били, требуя дать показания против группы Квачкова. Как рассказал Игорь Карватко, под таким воздействием он подписался под протоколом, где обыкновенная поездка на рынок с Робертом Яшиным и Александром Найденовым выглядела как закупка материалов для подготовки террористического акта. Как пояснил суду Карватко, милиционеры требовали от него более конкретных доказательств вины Квачкова, но он «до конца не сломался». По словам свидетеля, он до сих пор находится под прессингом сотрудников правоохранительных органов. В частности, ему уже угрожали уголовным преследованием, показывая фальшивые протоколы, где Карватко и его жена фигурируют как лица, задержанные при транспортировке наркотиков и боеприпасов.
Далее в зале суда прозвучало имя высокопоставленного сотрудника милиции, который, по словам Карватко, присутствовал при выбивании показаний.
Свидетель упомянул о полковнике милиции – начальнике одного из подразделений МВД России, который официально не входил в следственную группу. «Он меня так уговаривал, — рассказал суду Карватко. – Говорит, «чего ты ломаешься? Мы прекрасно знаем, кто на самом деле покушался на Чубайса. Начнем с того, что в машине его не было. А все организовал охранник». Также этот полковник назвал кличку охранника».
«У вас есть доказательства сказанному вами?» — спросил судья Козлов. «Да, у меня есть аудиозаписи бесед с сотрудниками милиции, где они прямо угрожают мне», — ответил свидетель Карватко. «Вы можете передать их суду?» — спросил судья. «Эти аудиозаписи – гарантия моей безопасности», — ответил свидетель, но пообещал, что принесет кассеты в понедельник.
На этом заседание было окончено, а на следующий день, в пятницу, государственный обвинитель Светлана Артемьева зачитала ходатайство о роспуске коллегии присяжных и новом судебном разбирательстве.
По мнению прокурора, на присяжных было оказано давление. «При этом по закону роспуск коллегии присяжных после принятия ими присяги недопустим, — сообщил анонимный источник. — Судья говорит обвинителю – «ну как вы можете писать о роспуске, нельзя ведь. Может быть, вы имели в виду отвод?». «Да», отвечает та, «я заявляю отвод, причем всей коллегии». Ну а по закону выходит так, что отвод можно заявлять не всему составу, а конкретному присяжному по конкретным обстоятельствам».
Однако, как считают участники процесса, государственное обвинение все же найдет выход и коллегия будет распущена.
«Можно заявить отвод пяти присяжным, и тогда коллегия будет распущена, потому количество присяжных окажется меньше необходимого», — считают участники процесса. «То, что в понедельник коллегия будет расформирована, мы не сомневаемся. За это даю 99%», — говорят собеседники.
По словам бывшего федерального судьи Московского городского суда Ольги Кудешкиной, заявить конкретному присяжному отвод уже после принесения тем присяги возможно, но в достаточно редких случаях. Так, согласно ст. 61 УПК России («Обстоятельства, исключающие участие в производстве по уголовному делу»), вывести присяжного из процесса возможно, если вдруг выяснится, что он является родственником подсудимого или, например, потерпевшим по данному уголовному делу. Однако по пункту 2 отвод можно заявить, «если имеются иные обстоятельства, дающие основание полагать, что они лично, прямо или косвенно, заинтересованы в исходе данного уголовного дела». Но в практике судьи Кудешкиной не было случая, чтобы кто-либо из сторон сумел доказать прямую или косвенную заинтересованность одного из участников процесса в исходе дела. «Во-первых, присяжные должны эту заинтересованность высказать», — сказала собеседник.
В свою очередь адвокаты Владимира Квачкова и его подельников высказывают опасение, что затягивание процесса может стоить здоровья и даже жизни ключевому свидетелю (в сложившейся ситуации уже не обвинения, а защиты) — Игоря Карватко.
«Оказывается, еще на первых заседаниях он обращался к судье Валиковой, которая тогда председательствовала, и просил ее обеспечить его, как свидетеля, защитой от сотрудников милиции. И объяснял, что ранее ему сделали защиту, но он от нее добровольно отказался, поскольку защищали его те же сотрудники милиции, которых он как раз боялся», — рассказал источник.
Покушение на главу РАО ЕЭС Анатолия Чубайса было совершено 17 марта 2005 года на выезде из поселка Жаворонки Одинцовского района Московской области. На пути следования кортежа главы РАО ЕЭС сработало взрывное устройство, после чего машины были обстреляны. Сам Чубайс и никто из его охраны не пострадали. В тот же день был задержан полковник ГРУ в отставке Владимир Квачков, чуть позже – его боевые товарищи Найденов и Яшин. До сих пор в розыске находится сын бывшего министра печати России Бориса Миронова Иван, а также сын Квачкова Александр Квачков, которые, как считает следствие, также принимали участие в подготовке покушения. Следствие утверждает, что преступление было совершено на почве экстремистских взглядов и неприязни к Чубайсу. Обвинение подсудимым предъявлено по ст. 30-105 (покушение на убийство), ст. 167 (уничтожение и повреждение имущества), ст. 222 (незаконное хранение оружия, боеприпасов и взрывчатых веществ) и ст. 277 (посягательство на жизнь государственного и общественного деятеля) УК РФ.
Суд над Владимиром Квачковым и его товарищами начался только спустя полгода после того, как Генеральная прокуратура заявила об окончании следствия. Долгое время не удавалось сформировать коллегию присяжных – кандидаты отказывались занять скамейку, приводя различные доводы. Лишь с четвертой попытки – в октябре 2006 года в Московском областном суде удалось сформировать коллегию присяжных. На первом же заседании представитель потерпевшего – Анатолия Чубайса – Андрей Шугаев выразил ходатайство о роспуске только что сформированной коллегии, поскольку посчитал, что в ней слишком много пенсионеров и неработающих (10 из 12). Судья такое ходатайство не удовлетворил.
На этом скандалы продолжились. Подсудимый Квачков поссорился с судьей прямо в ходе процесса и был за это удален, сообщалось, что вплоть до произнесения последнего слова. Однако все участники процесса просили судью вернуть Квачкова в зал – в итоге на следующее заседание Владимира Квачкова доставили в суд как ни в чем не бывало.
