«Репортаж-2035» — это совместный футуристический проект «Ленты.ру» и «Газеты.Ru», который повествует о вероятных событиях недалекого будущего. Описываемые в нем сюжеты и часть персонажей вымышлены.
Куда консерватору податься?
Ставка на консерватизм и стабильную политическую систему без погромов и сноса памятников — это, пожалуй, два базовых фактора, которые делают Россию привлекательной для переселенцев из США. Даже в сравнении с Европой, которая вроде как остается частью англосаксонского мира, Россия выглядит более надежным и перспективным пристанищем.
Таковы результаты социологических исследований, которые начались одновременно с запуском «Русского гектара». По ним видно, что почти 70 процентов американских мигрантов раньше поддерживали Республиканскую партию США, относили себя к разным христианским конфессиям или просто придерживались консервативных взглядов. При этом без малого 100 процентов из них среди главных ожиданий от эмиграции назвали спокойную и стабильную жизнь, уважение частной собственности и неприкосновенность личной жизни. Более 70 процентов отмечали, что для них важно, чтобы в школе детям не насаждали идеи гендерного многообразия, как это произошло с печально известным законом «О праве быть собой», ставшим одним из триггеров распада США.
Закон «О праве быть собой» — ключевое предвыборное обещание демократов, одна из первых законодательных инициатив президента Гумберта Милля, направленная в том числе на защиту прав трансгендеров.
Эта инициатива стала ответом на принятый администрацией Дональда Трампа закон о двух полах и отвечала запросам сексуальных меньшинств, которые чувствовали себя ущемленными в период правления республиканцев, а демократы в избирательной кампании 2028 года решили опираться в том числе на их поддержку.
Основной частью закона стало подчеркивание важности самоопределения по национальности, вероисповеданию и гендеру. Изучение видов разнообразия включалось в школьную программу. Учителя должны были рассказывать об этом ученикам с младших классов и не допускать дискриминации по всем этим категориям.
Вместе с тем, согласно закону, попытка отказать ребенку, достигшему возраста семи лет, в праве выбора гендера после консультации у детского психолога и «насильное» воспитание его в соответствии с биологическим полом могли стать поводом для лишения родительских прав. Ключевую роль в решении о смене пола ребенка играли именно результаты психологического исследования, поскольку они считались максимально непредвзятыми.
В результате за первые месяцы действия закона радикальных изменений в США не произошло. По данным статистики, количество запросов на смену пола практически не увеличилось, а случаи лишения родительских прав были единичными. Тем не менее в Республиканской партии закон яростно критиковали, лидеры республиканцев развернули кампанию за его отмену, которая в конце концов вылилась в массовые протесты. По сути скандальный закон стал пропагандистской «пугалкой» для консервативной части американского общества, считавшей, что федеральные власти будут массово изымать у них детей и менять им пол.
К кому бы я ни обращался за комментариями на эту тему, все сходились во мнении, что России удалось успешно позиционировать себя как оплот здорового консерватизма благодаря долгой и кропотливой совместной работе властей и экспертного сообщества. Специалист по миграции из стран Запада социолог Николай Баранов, которого по праву называют одним из архитекторов «Русского гектара», напомнил, что Россия представила свой «бренд» американской консервативной аудитории еще в 2024 году.
«Тогда президент Владимир Путин дал интервью известному американскому журналисту Такеру Карлсону, — напоминает Баранов. — С его подачи российские политики и общественные деятели стали регулярно появляться в шоу других лидеров общественного мнения США. И, что немаловажно, аудитория позитивно на них реагировала».
По словам Баранова, у американцев впервые после периода горбачевской перестройки появился интерес к нашей стране. Они хотели узнать настоящую Россию, а не ту клюквенную пародию, которую им скармливали последние 25 лет.
Вот так со временем Россию стали воспринимать как последний оплот традиционных консервативных ценностей, которыми некогда гордилась западная цивилизация
Баранов также отметил, что основы нынешней миграционной политики закладывались все в том же 2024 году, когда президент подписал указ о гуманитарной помощи иностранцам, разделяющим наши духовно-нравственные ценности.
Уже тогда Россия упростила для таких людей условия получения разрешения на временное проживание (РВП). Но со временем, как это часто бывает, указ оброс многочисленными нормативными актами, которые были призваны упорядочить процедуру переезда и интеграции, но на деле только усложняли ее, зачастую противореча друг другу.
«Поток потенциальных переселенцев сдерживали многоступенчатая процедура и излишняя бюрократия, — объясняет Баранов. — Эксперты давно говорили, что всем эти программам и правилам нужна кодификация. Вот она и появилась в виде «Русского гектара». То есть появление этой программы и ее успех были лишь вопросом времени, ведь спрос на нее сформировался уже давно».
«Русский гектар» — это программа по привлечению граждан бывших США в Россию. Ее полное название — «Комплекс мер по привлечению квалифицированных кадров из Северной Америки в целях развития перспективных отраслей экономики, а также сибирских и дальневосточных регионов России».
Программа позволяет американцам (заявителям и членам их семей) в упрощенном порядке получить РВП в России и выбрать постоянное место проживания из предложенных вариантов. Каждому участнику программы предлагают на выбор несколько локаций в поселениях с готовой инфраструктурой, в непосредственной близости от предприятия, где этот специалист будет работать по своей профессии. Если переселенец намерен заниматься сельским хозяйством или частным бизнесом, ему будет предложено несколько вариантов поселений преимущественно в регионах Сибири и Дальнего Востока не ближе 100 километров от региональных центров.
В рамках программы каждая семья переселенцев получает участок земли (не менее 10 соток) с готовым домом на правах безвозмездного пользования или средства на строительство дома, который также перейдет в безвозмездное пользование на время участия в программе. При этом переселенец может сразу подать заявку на дополнительный участок земли для ведения бизнеса или строительства усадьбы (но не более одного гектара).
Если участники программы постоянно живут и работают в России на протяжении трех лет, не нарушают российское законодательство и принимают решение получить гражданство, вся выделенная недвижимость переходит в их собственность. Также они получают право взять в долгосрочную аренду с правом выкупа дополнительные участки земли, площадь и местоположение которых определяется местными органами власти из имеющихся в наличии.
Эдвард Бартенс — консервативный философ и теолог, в недавнем прошлом профессор Мичиганского университета — встретил меня у ворот своего нового дома в небольшом поселке Новая Звезда в 80 километрах от Владивостока. Второй год он живет в России, за это время заметно улучшил свой русский, который выучил еще в студенческие годы, и теперь читает курсы теологии и философии в ДВФУ. В свободное от преподавания время он выступает с проповедями в протестантских и католических общинах, которых заметно прибавилось в Приморском крае за год работы «Русского гектара».
Бартенс — один из пионеров программы, впервые он побывал в России еще в начале 1990-х, будучи студентом философского факультета Йельского университета. В компании таких же, как он, американских и российских студентов Эдвард за месяц проехал на поездах, машинах, пароходах и даже на лошадях через всю Россию с Запада на Восток. Он признается, что поездка, подарившая ему куда больше знаний о мире и людях, чем все предыдущие годы обучения, сильно повлияла на его мировоззрение.
Это было незабываемое путешествие и огромный жизненный опыт. Я увидел прекрасную страну и прекрасных людей. Людей, которые прошли через страдания и безверие, но смогли сохранить и веру, и силу, и духовность
У Бартенса осталось много фотографий из той поездки, часть из них сейчас украшает стены его дома. На одной из них он запечатлен на фоне полуразрушенного, закопченного пожаром православного храма в окрестностях Коломны, а рядом — другое фото, совсем недавнее. На нем седой Эдвард 40 лет спустя стоит на фоне того же храма, но уже отреставрированного, увенчанного золотыми куполами.
«Всем своим гостям, особенно американским, я обязательно показываю эти фото, — говорит Бартенс, вглядываясь в изображения. — Они очень символичны и многое говорят о России. Подобно этой церкви, ее душа возрождается, как возрождается из пепла птица феникс».
Бартенс уверен, что за последние 15 лет в мире произошла коренная перестройка идеологических систем, в ходе которой Россия вернулась к идеям единения и общей судьбы и стала для всего мира главным примером христианского государства-цивилизации. У такого государства, по его словам, есть важное преимущество — опора на свою традицию, которая скрепляет роды и поколения. В случае России это православные традиции.
Налив по чашке чаю, мы выходим продолжить нашу беседу на террасе, с которой открывается вид на уссурийскую тайгу. Когда солнце вот-вот скроется за сопками, эти места особенно красивы.
«Своим студентам я рассказываю, что сегодня главная битва разворачивается не между Востоком и Западом, — продолжает Бартенс, — а между традицией, которая превратила племя в бессмертный народ, и либеральным модернизмом, который заменил Бога глобалистским проектом, отрицает бессмертную душу и видит человека лишь как винтик в машине потребления. И ваша, а вернее будет сказать, наша с вами страна в этой битве стоит на правильной стороне истории».
Мой собеседник отмечает, что за последнее время у молодых людей заметно вырос интерес к философии и теологии. В новом учебном году на его курсы записалось вдвое больше студентов, среди которых есть и иностранцы, а на своих проповедях он все чаще замечает молодежь и даже подростков, чем не могут похвастать многие европейские и североамериканские приходы. Бартенс считает, что неслучайно это происходит именно в России: по его словам, именно здесь все проникнуто уважением к традициям, ценится искреннее человеческое общение, есть что-то сакральное и непостижимое.
Наверное, это и есть та самая загадочная русская душа, которую мы стремились познать тогда, в 1990-е, путешествуя из Петербурга во Владивосток, и пытаемся постичь теперь, покинув Америку, чтобы обрести здесь свою новую землю
Высокие технологии переселения
Опросы среди переселенцев подтверждают, что защита традиционных ценностей считается важным стимулом для переезда в Россию. Важным, но далеко не единственным. Посмотрим правде в глаза: современному человеку, как бы он ни относился к безжалостной машине потребления, сложно обойтись без широкополосного интернета, бытовых удобств, современных сервисов и надежной транспортной инфраструктуры. Немногие готовы променять все это на домик в прерии или тайге.
Надо признать, поначалу многих потенциальных переселенцев в описании программы пугает фраза «…в регионах Сибири и Дальнего Востока». Стереотипы сильны — некоторым действительно представляется отрезанная от мира деревушка посреди заснеженной тайги, непременно в окружении медведей. Но эти представления остаются в прошлом уже на первом этапе ознакомления с «Русским гектаром».
За последние полтора десятилетия страна объективно добилась колоссальных успехов в цифровизации всех сфер жизни. Взять хотя бы нацпроекты «Цифровая экономика» (2019-2024 годы) и «Экономика данных и цифровая трансформация государства (2024-2030 годы): благодаря им интернет появился в самых отдаленных уголках страны, были повсеместно внедрены оригинальные решения в области искусственного интеллекта, почти вся деятельность государства ушла в онлайн, взаимодействие людей с госаппаратом максимально упростилось.
Приехавшие в Россию переселенцы из Америки отмечают, что у них не было ни малейшего повода жаловаться на административные сложности
Мой следующий собеседник Майк Пренстон — инженер, специалист по лазерным технологиям в авиастроении, человек непростой политической судьбы. Сначала он был демократом, потом переметнулся к республиканцам и даже стал трампистом, а после начала гражданской войны, оказавшись в захваченной демократами Северной Дакоте, эмигрировал с семьей в Канаду. Однако вскоре он столкнулся с травлей со стороны бывших однопартийцев-демократов и был вынужден искать новое место жительства.
В определенный момент ситуация стала настолько нетерпимой, что мы поняли: надо валить
Вспоминая историю своего переезда, Пренстон рассказывает, как они с женой полезли в интернет и начали искать, куда можно уехать с минимальными бюрократическими процедурами: «Везде надо было собирать тонны документов и проходить долгие собеседования. Я был близок к отчаянию, когда наткнулся на пост Маска, в котором он рассказывал про ваш «Русский гектар»».
По словам моего собеседника, в России оказались самые понятные правила въезда.
Пару часов на изучение программы, два десятка кликов, чтобы подать документы… И все — добро пожаловать на борт! Вот так мы и оказались здесь
Так как Майкл квалифицированный специалист, ему предложили на выбор несколько поселков рядом с потенциальными местами его работы — в пригородах Казани, Новосибирска, Иркутска и Комсомольска-на-Амуре. Семья Пренстон изучила предложения и выбрала последнее. По словам главы семейства, все предложения были по-своему интересны, но завод в Комсомольске-на-Амуре сделал ему особенно привлекательное предложение. К тому же жене очень понравился проект бревенчатого дома в поселке, а дети неожиданно полюбили лесные прогулки в надежде увидеть амурских тигров.
Нареканий к новому месту жительства ни у кого нет: на момент заселения вся инфраструктура поселка была полностью готова, коммуникации подключены, в доме имеется автономное отопление, спутниковое телевидение и интернет. В поселении есть продуктовый магазин с неплохим выбором, к тому же все необходимое, включая продукты, можно заказать онлайн — воздушные дроны доставляют покупки прямо к порогу.
Здесь красивая природа и приятный климат. Но главное — тут я чувствую себя своим. Меня никто не «отменяет». Соседям — как американцам, так и русским — все равно, какого президента я поддерживал. Мы ходим друг к другу в гости, а наши дети вместе играют на заднем дворе
Пренстоны пока еще только осваивают русский язык, хотя их дети делают большие успехи, общаясь с местными сверстниками. Но, по словам жены Майка Салли, как такового языкового барьера они не чувствуют. Так сложилось, что среди их русских соседей в основном такие же специалисты, приехавшие из других регионов России, и базовый английский для них норма. Что касается вопросов взаимодействия с органами власти, то все электронные сервисы оснащены ИИ-помощниками с функцией переводчика, так что no problems.
Языковой барьер и стереотипы о России, пожалуй, остаются наиболее частыми проблемами потенциальных переселенцев
Сьюзан Дженкинс и ее муж Бойд — фермеры, бывшие сторонники Республиканской партии. По словам Сьюзан, они выбирали для переезда «нормальные страны», где нет безумной woke-повестки, гендерного многообразия, но есть стабильная политическая система и умеренный климат, как в родном Висконсине.
Дженкинсы почти сразу обратили внимание на Россию, но поначалу именно языковой барьер стал препятствием на их пути — точнее, ожидание столкнуться с этим барьером. Но на деле все оказалось совсем не страшно.
Во-первых, для переезда, в отличие от получения гражданства, от них не требовалось глубокого знания языка. Во-вторых, как и в случае с семьей Пренстон, оформить все документы — от заявки до получения РВП — им помог ИИ-референт-переводчик. После релокации семье предоставили доступ к специальному ИИ-репетитору для изучения русского языка.
Мы переживали, что процесс адаптации будет проходить тяжело. Были у нас и определенные стереотипы о том, то Россия — холодная и страшная страна. Их нам прививали с малых лет
Эти страхи развеял старый знакомый ее мужа Тим Керби — он переехал в Россию еще до программы «Русский гектар» и теперь активно помогает соотечественникам с переездом. Он убедил Дженкинсов, что в России любят гостей и стараются сделать их переезд максимально комфортным.
«Еще на этапе оформления ИИ-ассистент проанализировал всю информацию о нас и наших пожеланиях и предложил на выбор несколько потенциально подходящих комьюнити, чтоб нам было проще определиться, — рассказывает Сьюзан. — Среди них был поселок Кедры в 150 километрах от Хабаровска, где мы в итоге обосновались».
По словам моей собеседницы, им здорово помогло приложение-переводчик, тоже на основе ИИ-модели. Поначалу они общались с местными через него, но теперь уже освоили базовый бытовой уровень. Наша беседа проходила на русском, и, несмотря на сильный акцент собеседницы, у меня не возникло проблем с пониманием ее речи.
Сьюзан добавила, что они верующие протестанты, религия занимает важное место в жизни семьи. С учетом этого для них подобрали крупное поселение с протестантской церковью.
Мы каждое воскресенье собираемся на службе, и это очень сплачивает сообщество. А еще у нас есть православный храм, и это потрясающе, как дружно живут наши общины. Впрочем, не это ли завещал нам Господь, говоря о любви к ближнему? И пусть мы молимся по-разному, но молимся одному Богу и просим об одном и том же
С особым трепетом Сьюзан вспоминает, как накануне Пасхи протестантская община пригласила православных соседей на пасхальную трапезу, а через месяц с таким же приглашением пришли к ним православные.
Сьюзан считает, что им очень повезло с переездом в Россию — они получили даже больше, чем рассчитывали: поселок с современной инфраструктурой (есть даже зарядные станции для электромобилей), удобный дом, церковь, отзывчивых соседей и подходящий для животноводства климат. Теперь Дженкинсы планируют подать заявку на дополнительный земельный участок, чтобы построить молочную ферму — вроде той, что была у них в США, — и производить сыр.
Сообщества, в которых американцы живут бок о бок с русскими, не придумывались специально. Эти поселения изначально предназначались для наших соотечественников, которые переезжали сюда по программам «Дальневосточный гектар» и «Сибирский гектар». Инфраструктура поселков была спроектирована с запасом, и в них решили заселять американцев. Это стало новым импульсом к развитию территорий и местных сообществ.
Тесное соседство русских и американцев помогает переселенцам из США быстрее адаптироваться к российским реалиям, а россияне перенимают у американцев полезный опыт из их сельской жизни
Такие поселения быстро превратились в подобие коммун с сочетанием русского и американского стилей жизни. Там можно увидеть планировки привычных нам деревень, где дома стоят компактно вдоль улицы, а сельскохозяйственные угодья расположены в отдалении, и типичных американских ферм, где хозяйский дом строится прямо посреди полей и пастбищ.
Никакого разделения по национальному признаку среди жителей нет. На одной улице стоят дома русских и американцев, при этом соседи живут дружно, ходят друг к другу в гости, сообща занимаются благоустройством, вместе празднуют Рождество, Новый год и День благодарения. Случаются и конфликты — жизнь есть жизнь, но здравомыслие в итоге берет верх и помогает найти разумный компромисс. Наш знакомый профессор-проповедник Эдвард Бартенс рассказал, что в общинах, где он выступает с проповедями, уже есть несколько молодых русско-американских семей. Так что эксперимент совместного проживания можно считать успешным.
Как привлечь переселенца
Возможно, «Русский гектар» не добился бы таких успехов, не будь у программы эффективной стратегии продвижения. Стоит признать, что большую помощь в этом оказала так называемая первая волна эмиграции, в которой были крупные американские бизнесмены, пожелавшие пристроить свои активы в более стабильных государствах, когда в США началась гражданская война, а Евросоюз трещал по швам.
Илон Маск, Джефф Безос, Сергей Брин — все они так или иначе выступили амбассадорами «Русского гектара», написав не один пост в соцсетях о том, как они не прогадали, перебравшись в Россию, и как просто это сделать даже не миллиардеру
В рамках рекламной кампании Find new land in Russia («Найди новую землю в России») Брин рассказывал, как в детстве его семья переехала из СССР в США за лучшей жизнью и как в зрелом возрасте он вернулся обратно, чтобы прикоснуться к родине, и насколько сильно современная Россия отличается от Советского Союза, к которому он не испытывает никакого пиетета.
Безос настаивал, что Россия — самая комфортная страна для ведения бизнеса, что даже в поздних США он не видел столько возможностей, сколько видит здесь. Ну, а Маск… ему достаточно было оставаться самим собой. Порой казалось, что он просто развлекался, болтая все, что приходило ему в голову о жизни в России, о русских и о том, почему переезд в Россию — это хорошая идея. Но этого оказалось достаточно, чтобы придать идеям «Русского гектара» необходимую виральность.
Источник в правительстве, знакомый с процессом работы над «Русским гектаром», утверждает, что Маск так носился с программой вовсе не потому, что ему больше нечем было заняться.
После переезда в Россию Маск стал вхож в высокие кабинеты. И вот на каком-то совещании с участием премьера он сказал: «Хэй, а не хотите ли подтянуть сюда тех талантливых ребят из Tesla и SpaceX, что лично я не смог забрать с собой?»
Тогда все уже знали, что Маск перезапускает в России некоторые свои проекты, и понимали, что ему необходимы специалисты с опытом в этих областях. А он знал, где этих специалистов достать, но, очевидно, не хотел брать на себя все расходы. В целом идея показалась интересной, и профильные ведомства начали ее прорабатывать. Ну, а Маск, по словам источника, пообещал переговорить с Джеффом и другими друзьями, чтобы донести ее до американцев.
Конечно, точной статистики по результатам этой рекламной кампании мы не знаем. Но, как показывает практика, если такие успешные и знаменитые люди делятся своим опытом и призывают последовать их примеру, они всегда найдут последователей. Дальше все сделало сарафанное радио. Американцы приехали в Россию, получили гектар и позитивные эмоции, убедились в отсутствии медведей на улицах и рассказали об этом своим знакомым.
Экономика «Русского гектара»
Успех «Русского гектара» среди переселенцев очевиден. Немаловажен и другой вопрос: что от притока иммигрантов получила Россия? Помимо международного престижа, конечно.
Экономист Михаил Иванов считает, что квалифицированные мигранты позволяют России поддерживать высокий уровень экономического роста. Несмотря на то что в последние годы в нашей стране происходит настоящий беби-бум, а во многих отраслях ИИ и роботы постепенно заменяют людей, в краткосрочной перспективе это не решит демографических проблем, с которыми сталкивается государство.
Раньше из-за суровых погодных условий у нас пустовали огромные территории. В особенности на севере. Но с изменением климата появилась возможность по-новому взглянуть на их развитие
Но для этого, по словам Иванова, нужны люди. Роботы и дети не построят новые города, не свяжут их сетью дорог с новыми месторождениями и обогатительными комбинатами и не заместят вакансии инженеров на высокотехнологичных предприятиях. А вот приток экономически активных людей, тем более квалифицированных специалистов, может довольно быстро перевернуть ситуацию в нашу пользу.
Социолог Николай Баранов согласен, что Россия поступила правильно, сделав ставку на привлечение культурно близких мигрантов. «Американцы, конечно, приезжают к нам со своим опытом и традициями, — поясняет Баранов, — но, поскольку их цивилизационная модель основана на тех же христианских ценностях, что и российская, конфликтов с русским населением у них, как правило, не возникает. В таких смешанных поселениях гармонично возникают дружные общины, члены которых создают местные советы и сообща решают вопросы развития».
Баранов согласен, что для развития территорий нужны колоссальные человеческие ресурсы, однако подчеркивает, что у любой миграционной политики наряду с преимуществами существуют и риски.
«Здесь главное — не повторить ошибку, которую в свое время допустили европейцы, — предупреждает наш собеседник. — Мало того, что они привезли людей с иной культурой и системой ценностей, так еще и понадеялись, что приезжие рано или поздно сами ассимилируются, примут их образ жизни и станут неотличимы от «старых» европейцев. Что из этого получилось — все мы знаем. В «Русском гектаре» с его идеями «правильной миграции» и смешанных сообществ чувствуется стремление избежать такого исхода. По мотивам «Репортажа-2035» в Иви, Premier и VK Видео вышел одноименный фантастический сериал.
Футуристический проект «Репортаж-2035» создавался творческими коллективами «Ленты.ру» и «Газеты.Ru». Это наша попытка представить мир, каким бы он мог быть в 2035 году. В этой работе нам помогали эксперты из числа политологов, экономистов, ученых и футурологов, на чьи мнения и оценки мы опирались, создавая вселенную проекта. По мотивам «Репортажа-2035» в Иви, Premier и VK Видео вышел одноименный фантастический сериал.