В середине XIX века, в преддверии масштабной судебной реформы 1864 года правовая система России переживала период активного обновления. Именно губернские газеты первыми начали рассказывать читателям о новейших техниках сыска — например, о фотографировании преступников и баллистических экспертизах. Об этом «Газете.Ru» рассказали ученые НовГУ, которые изучили подшивки «Новгородских губернских ведомостей» за 1860-е годы.
Ярким примером внедрения новых технологий стал случай, подробно описанный на страницах газеты. Речь идет о побеге из Ярославского острога в ноябре 1863 года. Двое арестантов покинули «весьма ветхое» здание с помощью жерди, спущенной из слухового окна на стену. Беглецы были взяты под стражу в Волоколамском уезде как подозрительно выглядящие бродяги. Решающую роль в их опознании сыграл смотритель Ярославского острога. Вспомнив, что один из беглецов отправлял письма адресатам именно в Волоколамский уезд, он обратился к тамошнему стряпчему (судебному чиновнику) с просьбой о содействии. Стряпчий заподозрил в задержанных тех самых преступников и организовал их фотосъемку. Полученные портреты незамедлительно отправили почтой в Ярославль, где смотритель опознал своих подопечных.
«Этот эпизод наглядно демонстрирует скорость интеграции фотографии в отечественную практику розыска. Примечательно, что привычный сегодня формат тюремного снимка (анфас и профиль) французский чиновник Альфонс Бертильон внедрил лишь десятилетие спустя. В России же централизованных лабораторий еще не существовало, поэтому полиция обращалась к услугам коммерческих фотографов. Несмотря на финансовые трудности — например, инициатива Иркутского судебного кабинета 1865 года о создании фотокабинета при тюрьме осталась нереализованной из-за нехватки средств — практика энтузиастов постепенно переводила судебную фотографию в системное русло», — рассказала заведующая кафедрой теории государства и права Светлана Митина.
Официальная хроника освещала не только методы идентификации лиц, но и тонкости криминалистической экспертизы. В номере за 1868 год был опубликован репортаж из зала суда по делу о дуэли двух гимназистов, которая закончилась гибелью одного из участников. В ходе слушаний защитник спросил врача Кузьминского, на каком расстоянии от дула ружья остается ожог. Однако сам адвокат тут же поспешил заявить, ссылаясь на Парижскую академию наук, что дистанция выстрела составляла ровно два дюйма.
Журналистская подача материала вызвала резкое недовольство эксперта. По словам врача, вопрос адвоката касался физики процесса — разницы давления пороховых газов в ружье и пистолете, а ответить на него корректно мог бы оружейник или химик. Эта публичная полемика позволила читателям увидеть внутренние механизмы судопроизводства и осознать важность квалифицированной экспертной оценки.
Ранее историки рассказали, как провинциальная пресса освещала Крымскую войну и смерть Николая I.