Широкому клиническому применению оптогенетики мешает иммунная система человека, рассказал «Газете.Ru» директор Федерального центра мозга и нейротехнологий ФМБА России, член-корреспондент РАН, доктор биологических наук Всеволод Белоусов. По его словам, эту премию научное сообщество ждало семь лет.
5 октября Нобелевский комитет Каролинского института присудил премию по физиологии и медицине Карлу Дайсероту, Петеру Хегеману и Георгу Нагелю «за открытия, касающиеся светочувствительных ионных каналов и оптогенетики». Метод позволяет вспышками света включать и выключать выбранные нейроны мозга.
«Раньше, чтобы изучать, как работает мозг, у нас были, образно говоря, гвоздь и шуруповерт. Теперь мы получили арсенал методов, которые позволяют селективно метить любые популяции нейронов и управлять их активностью. Сейчас мышь научилась по запросу есть, пить, бояться и нападать — вплоть до синтетической памяти, памяти о событиях, которых не было», — объяснил нейробиолог.
В медицину метод пока не пустила иммунная система: светочувствительные каналы, на которых он основан, взяты у бактерий и архей. «Это чужеродные для человека белки. Если мы начинаем их синтезировать в клетках, то мы эти клетки повреждаем: иммунная система распознает и уничтожает их», — предупредил Белоусов.
Единственной областью, куда оптогенетика уже дошла до пациентов, стала офтальмология: при дистрофиях сетчатки в выжившие клетки глаза доставляют светочувствительные родопсины. «Это делает группа из Швейцарии под руководством профессора Ботонда Рошки. Лечение получили буквально несколько пациентов. Но глаз — особый случай: в нем нет классической иммунной системы», — уточнил ученый.
Ранее стало известно, за что дали Нобель по медицине в 2026 году.