«Полет на обломках кресла»
«Молодая женщина с глубокими выразительными глазами и есть «та самая Савицкая», совершившая шесть лет назад, скажем так, прыжок на землю без парашюта с высоты в несколько километров», — так описывает пережитое 20-летней Ларисой издание «Советский спорт».
Статья вышла 4 декабря 1985 года. Выбор газеты оказался неслучайным. По версии, которую власти допустили в печать, Лариса — спортсменка, и в августе 1979 года она летела на «самодельном планере», а не на одном из самых массовых самолетов СССР — Ан-24.
История Савицкой должна была стать для читателей примером стойкости, мужества и пользы физических нагрузок.
«Все те минуты (не мгновения), когда падала и дикий свист рвал перепонки, Савицкая готовилась к встрече с землей. Мозг посылал точные команды в каждую клеточку организма, настраивая его на, казалось бы, совершенно безнадежную борьбу <...>. Она подчинила себе полет на обломках кресла. Теперь сгруппироваться…..Удар ринувшейся навстречу земли и — за мгновение до этого отчаянное напряжение каждой мышцы...Потом пустота», — пишет автор.
После приземления на землю с высоты около 5 тысяч метров Лариса провела без сознания пять часов. Ее нашли спустя трое суток с компрессионным переломом позвоночника, ребер, рук, сотрясением мозга и пневмонией. Все это время девушка одна выживала в тайге.
«Накрапывал дождь, она нашла в себе силы устроить из обломков планера нечто вроде навеса. Проглянуло солнце — разыскала и разложила сушиться промокшие спички и разожгла костер», — говорится в заметке.
Правда, цензура опустила, что спички девушка достала из кармана своего погибшего супруга, а вокруг нее, на расстоянии в сотни метров, были разбросаны искалеченные тела и вещи других пассажиров.
Почти на 20 лет версия о неудачном полете на планере стала единственным объяснением чудесного обнаружения Ларисы посреди безлюдных лесов Амурской области.
«Что же должна была испытать Лариса?! Как ее девичьи нервы выдержали? Где, наконец, взяла она силы — не только физические, но и моральные, — для того, чтобы вернуться к нормальной жизни после всего, что случилось?» — вопрошала советская газета.
Впервые ответы на эти вопросы и вся правда о произошедшем в тот роковой день были опубликовали лишь в начале нового века.
«В салоне сплошные крики, вой»
Днем 24 августа 1981 года жители деревень в окрестностях Завитинска слышали два громких хлопка, похожих на взрывы, и видели столб черного густого дыма.
Оказалось, в 15:21 по местному времени пассажирский Ан-24, летевший в Благовещенск, на высоте 5220 метров столкнулся с бомбардировщиком Ту-16К, который проводил разведку погоды.
«Столкновение произошло днем, за облаками, при хорошей освещенности и видимости более 10 км. <...> При столкновении оба самолета полностью разрушились, упали на землю в таежной местности», — говорилось в материалах расследования. Оно было начато в тот же день, 24 августа, а окончено уже 4 сентября того же года.
Причиной трагедии стала плохая работа центров управления воздушным движением — военные и гражданские службы не смогли согласовать полеты между собой.
В авиакатастрофе погибли все члены экипажей — 11 человек, 25 взрослых пассажиров и один маленький ребенок. Единственная выжившая — Лариса.
Материалы тут же засекретили, а «свидетельнице» запретили рассказывать о том, что она пострадала в авиакатастрофе. Свою настоящую историю она впервые озвучила в интервью газете «Труд» в 2001 году.
Лариса рассказала, что училась в Педагогическом институте Благовещенска и летом 1981 года вышла замуж. Ее избранник — 19-летний Володя, студент медицинского вуза. В августе они поехали в свадебное путешествие. Сначала хотели в Крым, но достать билеты не вышло и отправились в тур по родственникам: сначала во Владивосток, потом в Комсомольск-на-Амуре.
24 августа пара возвращалась домой. Их вылет задержали на несколько часов. Самолет был полупустой, молодожены заняли свои места в хвосте самолета. Стюардесса предложила им пересесть в начало, но Савицкая не захотела. Вместе с мужем они, наоборот, переместились в самый конец салона. Лариса села у иллюминатора и тут же уснула.
Когда девушку выбросило из кресла, она вспомнила сцену из фильма, который не так давно смотрела с Володей — «Чудеса еще случаются». Там героине удалось выжить в самолете, который упал в джунгли.
«[Я] придвинулась к свободному креслу у иллюминатора. Одна мысль — как умереть не мучаясь. Вцепилась в подлокотники и со всей силой пыталась отталкиваться руками и ногами от пола и сиденья. Меня никто такому не учил, откуда это взялось, я не знаю. Но, как потом выяснилось, я делала правильно…» — вспоминала Лариса.
По ее словам, хвост Ан-24, в котором она находилась, падал на землю около восьми минут. Удар смягчил островок гибких берез. Это было очередным чудом, ведь остальной лес — жесткие пихты.
«Я потом в военной прокуратуре Хабаровска видела снимки с места аварии. Обломки самолета разбросало на несколько километров…Люди висели на деревьях, проткнутые острыми суками», — рассказывала Савицкая журналисту.
«Есть повод окончательно забыть»
В конце августа в тайге температура опускалась до восьми градусов, а на Ларисе — вязаное платье и легкий плащ. Укрытием от холода и диких зверей на следующие три дня стало то самое кресло, в котором Савицкая сидела во время падения.
Чтобы согреться, она соорудила над собой крышу из куска обшивки и накрылась чехлами с других кресел. На голову надела пакет, чтобы спастись от вездесущих комаров. Изредка вставала, чтобы выпить воды из лужи. Есть не могла даже ягоды — зубы были разбиты после удара.
Один раз Лариса увидела поисковые вертолеты, махала им обрывками красного чехла, но в тот день за ней никто так и не пришел. Спасатели прибыли на третьи сутки, 26 августа. Увидев их, она сразу ослабла и вскоре потеряла сознание. В себя пришла уже в больнице. Впереди были годы восстановления.
В районной больнице, по словам пострадавшей, переломы позвоночника заметили не сразу, поэтому лечение начали с опозданием. 20-летней девушке пришлось фактически заново учиться ходить.
Через полгода Госстрах выплатил ей 75 рублей страховых (за смерть давали 300). Еще через полгода Савицкая восстановилась в институте и окончила обучение, но работать не могла — даже в 2001 году, спустя 20 лет после трагедии, травмы давали о себе знать.
Инвалидность чудом выжившей девушке власти тоже не дали — по отдельности травмы считались недостаточно тяжелыми, а давать льготы по совокупности повреждений не положено.
Несмотря на все, Лариса вырастила сына, окончила МГУ, став психофизиологом, работала, пока не начинались обострения старых травм. В 2008 году познакомилась с будущим мужем Тимофеем, тоже психофизиологом. А еще Савицкая не раз давала интервью, где должна была из раза в раз повторять свою историю. Каждый такой разговор давался ей нелегко.
Несколько лет назад на нее вышел режиссер Дмитрий Суворов. Он захотел снять о трагедии фильм, причем основанный на словах самой Ларисы. Взяв время, чтобы обдумать предложение, женщина в итоге согласилась. В очередной раз она в деталях поведала всем о своей жизни и тех событиях, которые пережила.
Картина вышла в прокат летом 2022 года. На этом Савицкая, чью жизнь уже столько раз переписывали, посчитала свою историю оконченной для обсуждения.
«Я мечтала, чтобы меня никто не трогал. Это как в детстве разбить колено и постоянно отколупывать болячку. Так несерьезно, я уже все сказала и психологически устала, — говорила она в одном из интервью перед премьерой. Сейчас у меня есть повод окончательно забыть. Пусть люди смотрят фильм, а я к этой теме больше возвращаться не хочу. В прошлом нечего делать, зачем пилить опилки?»