Президент Соединенных Штатов Дональд Трамп заявил, что американские Военно-морские силы начинают блокаду Ормузского пролива. Корабельные поисково-ударные группы флота США также будут разыскивать и задерживать суда, заплатившие Ирану за проход через пролив.
«ВМС США, лучшие в мире, начнут процесс блокады всех судов, пытающихся войти в Ормузский пролив или выйти из него», — написал глава Белого дома в Truth Social.
Что такое блокада?
Строго говоря, такого термина, как «блокада всех судов», в военном деле нет. Американский президент лишний раз продемонстрировал, что не обладает систематизированными военными знаниями, так необходимыми верховному главнокомандующему — что, собственно говоря, и так неоднократно подтверждала вся иранская кампания.
В этом плане есть смысл для начала обратиться к классике, ибо «правильно назвать — правильно понять».
Есть термин «военная блокада». Это способ ведения военных действий, заключающийся в изоляции (нарушении внешних связей) вражеского государства, крупной группировки войск, экономического района, административного центра, города, острова, проливной зоны и других важных объектов противника.
Целями военной блокады могут быть: подрыв военно-экономической мощи государства, истощение группировки войск противника и последующий ее разгром или принуждение к капитуляции.
Военная блокада может быть полной или частичной, сухопутной, воздушной, морской или комбинированной. В зависимости от масштаба, содержания задач, количества привлекаемых средств она подразделяется на стратегическую и оперативную. В тактическом масштабе военную блокаду обычно называют блокированием.
Есть еще понятие «блокадные действия». Это также один из способов военных действий, в ходе которых военные и иные средства насильственно ограничивают доступ к окруженной группировке войск, возможность оказания противнику внешней военной и экономической помощи, а также свободный выход из блокированных районов.
Блокадные действия не распространяются на пропуск грузов гуманитарного характера, таких как посылки с лекарствами, предметами санитарии, продовольственными товарами, одеждой и укрепляющими средствами для детей до 15 лет, беременных женщин и рожениц — при условии, что этим правом не злоупотребляют.
Так что с учетом понятий и категорий стратегии и оперативного искусства Дональд Трамп должен был сказать примерно так:
«Я вынужден прибегнуть к военной блокаде проливной зоны, то есть Ормузского пролива. Цели Вооруженных сил США в этой блокаде являются: подрыв военно-экономической мощи Ирана и принуждение Исламской республики к принятию мирного соглашения на условиях Соединенных Штатов в полном объеме. Эта военная блокада будет полной, то есть и морской, и воздушной, и более того, иметь долговременный и сугубо стратегический характер».
Ну, вот как-то так. В общем, президенту Соединенных Штатов надо хотя бы немного посидеть над учебниками по военному делу. С одной стороны, все эти придирки можно назвать военным крючкотворством. С другой стороны, это далеко не так и только лишний раз показывает хаотичность действий американского руководства.
Какие могут быть последствия
Однако даже в правильной формулировке объявление блокады пролива таит в себе многочисленные подводные камни. На первый взгляд, все стратегические решения представляются порой настолько очевидными, что невольно возникают суждения о стратегии как о некоей разновидности казарменных сказок. Только все дело в том, что «в стратегии, как и в политике, курица часто высиживает утят — последствия оказываются совсем не похожими на породившие их причины», говорил виднейший российский стратег Александр Свечин.
Среди последствий объявленной Трампом блокады Ормузского пролива в экспертном сообществе уже называют парализацию судоходства в этой части Мирового океана, рост цен на энергоносители и мировой топливный кризис, превосходящий по своему масштабу аналогичный образца 1973 года. Однако большинство этих выводов лежит на самой поверхности.
Последствия принятых Трампом решений, скорее всего, не прогнозируются даже самим президентом США. А то, что он далеко не стратег и не представляет в полном объеме результатов своих действий, да и действует далеко не всегда в правильном направлении, подтверждают практически все недавние события на Ближнем Востоке.
Ошибки Трампа
Уже появилось расхожее выражение, что, судя по первым итогам войны с Ираном, слухи о беспредельной военной мощи США оказались несколько преувеличенными. Скорее всего, это не так.
Лучше говорить, что главная стратегическая ошибка Трампа заключается в том, что в этом конфликте он не воспользовался боевыми и оперативными возможностями США в полной мере и не обрушил на Иран всю американскую мощь.
Вторая — не менее существенная — ошибка главы Белого дома состоит в том, что он с первых часов военных действий не начал морскую операцию по овладению Ормузским проливом, своеобразными Босфором и Дарданеллами Индийского океана, и сейчас действует, что называется, вдогонку.
При этом вполне возможно, что Трамп не прогнозирует возможные ответы Ирана на объявление блокады пролива в полном объеме. А они для США и их союзников могут оказаться весьма болезненными. И сказать, что у Тегерана нет никаких козырей, как любят повторять в Вашингтоне, было бы серьезной ошибкой.
Об отдельных своих шагах — например, об ударах по портовой инфраструктуре стран Персидского и Оманского заливов — в Исламской Республике уже заявили. И вряд ли только этим исчерпываются меры возмездия со стороны Тегерана. Сюрпризы от рахбара Моджтабы Хаменеи еще впереди.
Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.
Биография автора:
Михаил Михайлович Ходаренок — военный обозреватель «Газеты.Ru», полковник в отставке.
Окончил Минское высшее инженерное зенитное ракетное училище (1976).
Военную командную академию ПВО (1986).
Командир зенитного ракетного дивизиона С-75 (1980–1983).
Заместитель командира зенитного ракетного полка (1986–1988).
Старший офицер Главного штаба Войск ПВО (1988–1992).
Офицер главного оперативного управления Генерального штаба (1992–2000).
Выпускник Военной академии Генерального штаба Вооруженных сил России (1998).
Обозреватель «Независимой газеты» (2000–2003), главный редактор газеты «Военно-промышленный курьер» (2010–2015).
