Цивилизация
Президент «Интерроса» Владимир Потанин и глава «Металлоинвеста» Алишер Усманов уговорили акционера «Русала» и владельца «Реновы» Виктора Вексельберга присоединиться к создаваемой глобальной металлургической компании. «Мы провозгласили, что хотим попытаться создать крупнейший независимый горно-металлургический холдинг и пригласили «Базэл» и Вексельберга, он согласился», — заявил во вторник Алишер Усманов. Подробности соглашения стороны не комментируют.
«Приглашение Вексельберга отражает желание Усманова войти в процесс переговоров и заручиться поддержкой внутри «Русала», — объясняет аналитик Альфа-банка Максим Семеновых. — До этого некоторые представители алюминщиков высказывали сомнение во включении «Металлоинвеста» в процесс объединения, теперь же он выступает как равный участник переговоров».
С другой стороны, такие сепаратные договоренности могут являться попыткой ослабить позиции Олега Дерипаски, не настроенного на тройственный союз.
Сейчас у Вексельберга доля в «Русале» около 20%, кроме того, он выдвинут кандидатом от алюминиевого холдинга в совет директоров «Норникеля», что означает наличие довольно сильных позиций в процессе переговоров. «Однако решение в данном случае останется все же за ключевым акционером алюминиевой компании Олегом Дерипаской», — полагает аналитик «Финама». — Виктор Вексельберг, как миноритарий, вряд ли сумеет что-то сделать независимо от главного акционера «Русала», имеющего существенное представительство в совете директоров».
Формат слияния активов — главный предмет спора отечественных металлургов. Владелец контрольного пакета «Русала» Олег Дерипаска настроен на выгодный для себя вариант объединения с ГМК «Норильский никель», в котором алюминиевая компания в свою очередь владеет блок-пакетом акций. Формат слияния на базе «Русала» видимо не слишком устраивает другого акционера никелевой компании — Владимира Потанина, предпочитающего сначала объединить ГМК с «Металлоинвестом» Усманова. «Двухстороннее объединение «Русала» и «Норильского Никеля» на сегодняшний день выглядит наиболее вероятным вариантом развития событий, — рассуждает Семеновых. — Очевидно, что алюминиевая компания в отличие от других игроков уже сделала мощный шаг к объединению, завладев блок-пакетом «Норникеля», и Дерипаска как никто другой заинтересован в продолжении переговоров и имеет на руках более сильные карты. Усманов же с Потаниным подписали лишь меморандум, но пока не предприняли каких-то реальных шагов к объединению».
«Чисто технологически, структурно легче объединить две компании. Вхождение третьего игрока еще больше усложнит и без того трудный процесс переговоров», — подчеркивает эксперт.
Однако «Норникелю» было бы выгоднее сливаться с «Металлоинвестом» и с точки зрения оценки активов: для сделки с компанией Усманова ГМК ранее была оценена более чем в $60 млрд, а с «Русалом» — в $50 млрд. Видимо поэтому компании и начали определять форму возможного слияния — согласно недавним договоренностям подконтрольная Усманову компания Gallagher может приобрести до 10% акций «Норильского никеля», тогда как «Интеррос» Потанина может купить до 25% плюс одну акцию в «Металлоинвесте».
Вместе с тем, на рынке считают, что точку в споре бизнесменов все равно поставит государство. «Предпринимателям в конечном итоге дадут понять, что именно в тройственном слиянии заинтересовано государство, — говорит аналитик «Антанта ПИО Глобал» Александр Чуриков. — При том, что сейчас наблюдается постепенная стабилизация цен на металлы, для завоевания лидерских позиций одного роста капитализации за счет увеличения цены недостаточно». «Рынок цветных металлов находится на пике конъюнктуры, и в ближайшие несколько лет ожидается ее ухудшение, — соглашается Сулинов. — Поэтому металлургическим компаниям имеет смысл диверсифицироваться и укрупняться именно сейчас».
Судя по всему, компании, в конце концов, объединятся, и сейчас их владельцы пытаются добиться наиболее выгодной для себя конфигурации. В случае слияния «Русала», «Норникеля» и «Металловинвеста» на рынок выйдет глобальная диверсифицированная металлургическая компания с капитализацией в $130 млрд, способная конкурировать с мировыми гигантами, такими как Rio Tinto и BHP Billiton, резюмирует Чуриков.
