Sibir Energy споет с Rossini

Компания Rossini, подконтрольная бизнесмену Руслану Байсарову, сумела вернуть себе пакет акций (23,5%) нефтяной компании Sibir Energy. Теперь Байсаров обещает отозвать исковое заявление в высший суд острова Мэн против бизнесмена Шалвы Чигиринского и его партнеров.

О том, что его компании, зарегистрированной на Британских Виргинских островах, принадлежит 47% Sibir Energy, Байсаров заявил в конце апреля. В качестве доказательства суду было представлено заверенное швейцарским адвокатом заявление самого Чигиринского, подтверждающее передачу Байсарову компании Bennfield, владеющей этими акциями Sibir Energy, еще в 2003 году. Бизнесмен потребовал запретить все сделки по акциям.

Примечательно, что половина из этих 47% принадлежат партнеру Чигиринского Игорю Кесаеву. Более того, в настоящее время весь совместный пакет бизнесменов вообще находится в качестве залога в распоряжении Сбербанка (под эти акции привлекались займы).

«В связи с тем что данный пакет оказался обременен кредитом Сбербанка в размере $250 млн, Байсарову предстоит погасить кредит», — сказал «Интерфаксу» источник, близкий к компании Rossini.

Впрочем, бизнесмена это обстоятельство, похоже, не смущает. А вот

экспертов крайне заинтересовало, почему собственность на несколько сот миллионов долларов не была востребована им в течение нескольких лет и как так получается, что банк, предоставляющий кредит под залог передаваемой собственности, не проверяет должным образом чистоту сделки.

«Возможно, что как раз после выдачи кредита Чигиринскому и анализа сделки по залогу выяснилась возможность через вот такую схему, как с Rossini, выгодно переписать собственность с ее владельца на промежуточную фирму с последующей передачей пакета заинтересованной в увеличении доли в Sibir Energy компании», — предполагает главный аналитик ИК «Велес Капитал» Дмитрий Лютягин.

«Компания всегда была суперинтересной, — соглашается с коллегой старший аналитик по нефтегазовому сектору Financial Bridge Дмитрий Александров. — Но раньше не было возможности ее взять и купить: у SE не было проблем с активами и деньгами.

Это была очень успешная компания, имеющая отличные отношения с правительством Москвы. Сейчас есть натяжки и с правительством Москвы, и с активами».

Это, по мнению Александрова, позволило крупным игрокам начать борьбу за активы компании.

«Сейчас любой собственник пакета Sibir Energy заинтересован в сохранении своих акций, — продолжает Александров. — Тот, кто сохранит акции, станет стратегическим игроком и сможет использовать пакет либо для перепродажи крупным нефтегазовым холдингам, либо сохранить у себя в расчете на резкий подъем котировок и увеличение капитализации компании. Поэтому и происходит перетягивание на себя прав собственности».

При этом юристы не исключают, что именно Шалва Чигиринский является реальным владельцем Rossini и действительно подписал в 2003 году так называемую номинальную декларацию (declaration of trust), которая по факту подтверждает передачу права собственности на компанию Bennfiled.

Бизнесмен переживает сейчас не лучшие времена. Чигиринский задолжал собственной компании более $328 млн и должен погасить долг до середины октября этого года. По последним сообщениям, бизнесмен, чтобы рассчитаться с долгами, начал распродавать уже личное имущество, общая стоимость которого — $350 млн.

Однако риск потерять Sibir Energy все же велик, поэтому не исключено, что, переводя акции на Rossini, Чигиринский просто хочет перестраховаться.

«Версия, что Чигиринский является реальным владельцем компании Rossini, зарегистрированной на Британских Виргинских островах, вполне жизнеспособна, но подтвердить это предположение очень сложно, — говорит руководитель отдела сопровождения бизнеса за рубежом юридической группы «Яковлев и Партнеры» Паула Беннетт. — Как правило, бенефициар (реальный владелец) офшорной компании использует услуги номинального владельца, имя или название которого и вносится в реестр по месту регистрации. Эта информация публично доступна в отличие от конфиденциальной информации о бенефициаре, которая не раскрывается ни при каких обстоятельствах, за исключением исполнения соответствующего решения местного судебного органа Британских Виргинских островов, которое, в свою очередь, может быть вынесено в результате рассмотрения местным судом соответствующего решения судебного органа другого заинтересованного государства».

По словам юриста, такие попытки приводят к долгой и безрезультатной судебной тяжбе, которая может длиться годами и заканчивается отказом местного судебного органа признать решение зарубежного суда обоснованным.

«Любые версии происходящего, к сожалению, возможны, — резюмирует Александров. — Когда структура собственности не видна, может быть все что угодно». Истец, по словам эксперта, может на самом деле играть на стороне ответчика, а затягивание дела может, например, позволить дождаться развития ситуации, «о которой мы даже не подозреваем» в условиях непрозрачности.