Цивилизация
Российское правительство одобрило проект соглашения, согласно которому «Газпром» получит газотранспортную систему Киргизии. Соответствующее распоряжение подписал премьер-министр Дмитрий Медведев. Соглашение о сотрудничестве в сфере транспортировки, распределения и реализации природного газа на территории Киргизии предполагает, что на базе государственного ОАО «Кыргызгаз» будет учреждено ООО с тем же названием, но 100% в нем будут принадлежать «Газпрому». Новая структура получит все газопроводы, газораспределительные станции, подземные хранилища газа (ПХГ), земельные участки и «иное имущество», принадлежащее госкомпании.
Компания будет заниматься поставкой газа и его хранением в ПХГ, причем тарифы на транспортировку как по территории Киргизии, так и в третьи страны будет устанавливать «Газпром». Киргизия, в свою очередь, гарантирует исключительное право новой «дочки» «Газпрома» на импорт газа в страну, а также защиту инвестиций российской монополии и ее дочерних структур от экспроприации и национализации.
За 100% ООО «Кыргызгаз» «Газпром» заплатит $1, однако обязуется инвестировать в модернизацию газовой инфраструктуры не менее 20 млрд рублей (около $613 млн по курсу на пятницу). Соглашение будет заключено на 25 лет.
Минэнерго и МИД России поручено провести переговоры с Киргизией.
«Кыргызгаз» — монополист на рынке Киргизии, причем газ (доля которого в энергобалансе страны составляет 30%) Киргизия почти на 100% импортирует. По данным «Кыргызгаза», общее потребление Киргизии составляет около 800 млн кубометров, но собственная ее добыча обеспечивает лишь 2% от запросов.
Газ в Киргизию поставляет Узбекистан. В настоящее время в Киргизии работает «дочка» «Газпрома» Gazprom International, ведущая геологоразведку на участках «Кугарт» и «Восточное Майлису 4». Кроме того, в Киргизии работает «Газпром нефть».
Вопрос передачи контроля над «Кыргызгазом» «Газпрому» обсуждался еще с 2003 года. В 2008 году «Газпром» и киргизское правительство подписали меморандум о взаимопонимании по вопросу развития сотрудничества в рамках приватизации части государственного пакета акций «Кыргызгаз». В дальнейшем этот вопрос неоднократно обсуждался на встречах главы «Газпрома» Алексея Миллера с руководством Киргизии. В 2012 году Киргизия снова вернулась к этой теме: речь тогда шла лишь о 75% доле, а инвестиции «Газпрома» должны были составить $500 млн. «Газпром» неоднократно проявлял интерес к ГТС Киргизии, однако не очень понятно, зачем киргизские газопроводы нужны российской монополии. В «Газпроме» от комментариев отказались.
«Экономическая целесообразность приобретения киргизской ГТС для «Газпрома» отнюдь не очевидна, так как этот регион экономически депрессивен,
— комментирует директор по развитию бизнеса в странах СНГ агентства Argus Вячеслав Мищенко. — Однако не стоит забывать, что нефтяная «дочка» «Газпрома» занимает ключевые позиции на топливном рынке Киргизии, и поддержка со стороны материнской компании будет не лишней». Кроме того, по словам Мищенко, сам «Газпром» получит хоть и небольшой, но новый рынок, заместив поставки из Узбекистана. По мнению эксперта, при приобретении киргизской ГТС «Газпром» исходил из политических соображений.
«Газпром» не в первый раз выступает проводником политической воли Кремля, — подтверждает первый вице-президент Центра политических технологий Алексей Макаркин. — Фактически 20 млрд рублей гарантированных инвестиций — это плата за отказ Америке по вопросу военной базы в Манасе».
Кстати, по словам Макаркина, Россия поддержала нынешнюю правящую партию Киргизии во время переворота 2010 года именно потому, что бывший глава государства Курманбек Бакиев обещал ликвидировать американскую базу, получил российскую поддержку, но своего слова в итоге не сдержал. Теперь же американцы в 2014 году должны покинуть территорию Киргизии.
«Также играет роль возможность вступления Кыргызстана в Таможенный союз, — говорит Макаркин. — ТС не только экономический, но и политический проект России на территории СНГ. В частности, Россия хочет, чтобы страны Средней и Центральной Азии находились в сфере ее интересов, а не, например, Китая, чье влияние в регионе, весьма вероятно, может усилиться».
