Цивилизация
Интрига с уходом Николая Федорова с поста министра сельского хозяйства благополучно разрешилась в среду. Федоров стал советником президента по АПК, а Минсельхоз возглавил Александр Ткачев, пятнадцать лет управлявший Краснодарским краем. Край аграрный, житница — здесь производится 1/10 часть всего российского зерна. Выбор Кремля на замену министра по АПК был отчасти продиктован этими соображениями.
Вкусно, экологично и на экспорт
Президент Владимир Путин, назначая Ткачева, поставил новому министру задачу накормить россиян отечественной продукцией. Быстро и задешево. «С тем чтобы снизить накал на продовольственном рынке, понизить цены и так далее», — пояснил Путин.
В ответ Ткачев пообещал заняться импортозамещением по-олимпийски, как при подготовке зимней Олимпиады в Сочи.
Своего непосредственного начальника – премьера Дмитрия Медведева – Ткачев заверил, что понимает масштаб ответственности, которая ложится на него на новом посту. Одно дело краевой масштаб, другое – масштаб страны. Российский агропром должен теперь будет прибавить «в объемах производства, в эффективности, в качестве и, конечно, в вопросах импортозамещения», пообещал Ткачев.
«Мы должны накормить не только свою страну вкусными, экологически чистыми и недорогими продуктами, но и осваивать новые рынки, экспорт», — цитирует Ткачева телеканал «Кубань-24».
Импортозамещение и экспорт – это все, что пока продекларировал новоиспеченный министр. Развернутого плана он не представил. Но эти задачи в условиях санкций Запада и сохраняющегося российского эмбарго на продукты выводят контроль за сельскохозяйственной отраслью на одну из самых значимых позиций в структуре российской власти.
Выпили за отставку
В отраслевых союзах, впрочем, не питают иллюзий относительно смены министра. Нынешняя экономическая ситуация зависит преимущественно от политических властей, а на министерском и даже правительственном уровне провести в АПК кардинальные изменения нереально, говорят в Национальной мясной ассоциации.
«У нас и с Федоровым не было никаких проблем, он с нами хорошо коммуницировал, поддерживал на 80% наши предложения, при нем неплохо развивалось свиноводство, несмотря на то что отрасль стала заложницей вступления России в ВТО», — говорит Сергей Юшин, глава Национальной мясной ассоциации.
Зато в молочной отрасли не скрывают, что встретили отставку Федорова с воодушевлением. «Как только узнали, открыли бутылку шампанского. Наконец-то!» — заявил один из собеседников «Газеты.Ru».
Федоров, по словам источника, любил ездить по регионам, но непонятно, с какой целью. «Трижды был в Якутии, где на всю область три коровы, а встреч с представителями отрасли избегал», — сетует молочник.
Не устраивал бывший министр еще и тем, что любил рапортовать об успехах. «Если в АПК и были положительные сдвиги, то благодаря тем инвестициям, которые пришли в отрасль несколько лет назад. Здесь ничего быстро не делается, а в последние два года приток инвестиций замедлился, и последствия этого не замедлят сказаться», — говорит источник, знакомый с ситуацией.
Так, на прошлой неделе Федоров рапортовал о том, что «удалось переломить ставший почти историческим отрицательный тренд в производстве молока: его объем по итогам 2014 года составил 30,8 млн тонн (в том числе 291,6 тыс. тонн в Крымском ФО), что впервые в новейшей истории России больше по сравнению с предыдущим годом». Однако, по данным Росстата, «жидкого обработанного» молока промышленность России произвела только 5,3 млн тонн, и это на 1% меньше, чем в 2013 году.
Отраслевые союзы намерены по максимуму использовать лоббистские усилия Ткачева, считавшегося политическим тяжеловесом на региональном уровне и теперь получившего поддержку на федеральном.
В «Союзмолоке» рассчитывают, что Ткачев сможет бороться с беспределом и равнодушием региональных властей. «Региональные власти зачастую «размазывают» скромные средства господдержки, субсидии тонким слоем по всем участникам рынка, и в результате толку нет ни для кого», — говорит председатель правления Национального союза производителей молока («Союзмолоко») Андрей Даниленко.
Региональные власти часто пренебрегают проблемами, которые возникают даже у крупных инвесторов, вложивших в область миллиарды, добавляет Юшин. «В условиях высокой стоимости кредитов и невозможности рефинансировать задолженность нарастают риски банкротств региональных сельхозпроизводителей. Надеюсь, Ткачев понимает эту проблему», — говорит Юшин.
Демпинг вместо партнерства
Ткачеву придется налаживать заново диалог с государственным Россельхозбанком и частными банками, специализирующимися на кредитах АПК.
В адрес «Союзмолока» поступили обращения от ряда членов союза, отмечающих увеличение кредитных ставок банками в одностороннем порядке по ранее заключенным договорам на 3–12% (до 20–25%), говорит Даниленко.
Сложившаяся ситуация крайне негативно сказывается на себестоимости молока как сырья. Себестоимость его в первом квартале выросла на 30–40% по сравнению с тем же периодом прошлого года и составляет сегодня 22–23 руб. на новых комплексах (без учета инвестиционной нагрузки) и 16–17 руб. на старых фермах.
Отраслевые союзы не уверены, что полномочий министра достаточно для решения такой проблемы, как реэкспорт запрещенной сельхозпродукции из Белоруссии или Казахстана.
«Кроме проблемы реэкспорта есть проблема неравной господдержки АПК в странах — членах Евразийского экономического союза. В Белоруссии, например, она выше, и белорусские производители могут позволить себе демпинговать, разоряя российских аграриев», — говорит Даниленко.
А Казахстан нередко вводит ограничение на ввоз российской сельхозпродукции на свою территорию, и эта проблема уровня глав государств ЕАЭС, а не российского министра.
Едокам не до импорта
<4>Производители, в свою очередь, сетуют на то, что цена продукции сильно вырастает по мере движения от производителя к покупателю. Гендиректор агрохолдинга «Евродон» (занимается производством мяса утки и индейки) Вадим Ванеев так прокомментировал «Газете.Ru» эту проблему: «Выращивание птицы — это дорогой сложный труд, который осуществляется — как все крупные проекты — на кредитные средства. Очень непросто сделать его доступным. И как бывает обидно и странно видеть свой продукт на прилавке в два-три раза дороже, чем он отправляется в рынок. На днях мне понадобилась наша продукция «Утолина» в Москве.
Мы отдаем ее в среднем примерно по 200 руб. за килограмм. Я нашел ее по 450 руб. за килограмм. Конечно, это ненормально!
Такая система «накруток» ущемляет интересы потребителя, неверно позиционирует продукт, мешает рынку развиваться естественным образом».
Импортозамещение в аграрной сфере уже буксует, говорят участники рынка. «Дело даже не в том, что российские аграрии чего-то не могут произвести, а в том, что покупательская способность населения снизилась, потребитель начал экономить на еде после обвала рубля», — отмечает Юшин.
Ключевая проблема для решения проблемы импортозамещения – отсутствие рынка земли. Земля не стала финансовым инструментом. «Земли в России много, страна большая, но банки неохотно выдают кредиты под залог земли, имеющейся у аграриев», — говорит Андрей Сизов-младший, гендиректор «Совэкон».
Наконец, Ткачев столкнется с тем, что ему придется доказывать необходимость вложений в инфраструктуру, в логистику. «Если Ткачев собирается развивать экспорт, то придется стимулировать инвестиции в строительство логистики, складов для хранения, перерабатывающих мощностей. Производить почти научились, а сохранить урожай не можем», — говорит Сизов. По этой причине приходится закупать даже картошку и морковь в Египте и Израиле.
<5>Пока успехи импортозамещения такие. С одной стороны, за первый квартал 2015 года на 35,6% провалился импорт из стран дальнего зарубежья (ФТС). Он составил $37,862 млрд. В марте из стран дальнего зарубежья в страну было ввезено на 38,8% (в стоимостном выражении) меньше продовольственных товаров, чем в марте 2014 года. Больше всего упал импорт молочных продуктов — сокращение в 5,1 раза (до $47,1 млн). В 2,2 раза меньше ввезли рыбы ($96 млн). Закупки мяса и субпродуктов упали в 1,9 раза ($156,3 млн), овощей — на 38,7% ($227,2 млн), сахара — на 36,8% ($51,8 млн), фруктов — на 36,7% ($330,2 млн), растительного масла — на 17,3% ($91,2 млн).
С другой стороны, за первый квартал 2015 года производство мяса («убойных животных») выросло на 16% по сравнению с первым кварталом 2014 года (всего 500 тыс. тонн). Рост производства колбасы скромнее — 1,5% (352 тыс. тонн). В молоке «смешанные сигналы» — производство «жидкого обработанного» падает на 1,3% (1,4 млн тонн), молока и сливок «в твердых формах» (сухое) падает сразу на 18,5% (21,6 тыс. тонн), а вот производство сыров и сырных продуктов растет на 32% (132 тыс. тонн).
Производство сыров в России демонстрирует самый большой рост из всех продуктов питания, данные по которым приводит Росстат.
Сопоставимо — на 28% — увеличилось производство столовых вин, а также «овощей и грибов, консервированных с уксусом или уксусной кислотой». Российской рыбы (и консервов) в первом квартале произвели на 7,9% больше.
Всего, как сообщил премьер Дмитрий Медведев, во всех отраслях, включая сельское хозяйство (а также в промышленности, энергетике и пр.), реализовывается 2,5 тыс. проектов по программе импортозамещения.
