Цивилизация
В субботу, 4 августа, США вводит в действие санкции против Ирана. На начало последнего лета месяца намечено вступление в силу первого этапа санкций, на 6 ноября — второго.
В рамках летнего этапа санкции затронут автомобильный сектор, торговлю золотом и другими металлами, осенний этап будет касаться преимущественно топливно-энергетического комплекса и транзакций иранского ЦБ.
Основная цель Вашингтона — свести на нет продажу Тегераном нефти. Иран является третьим по величине производителем черного золота среди стран ОПЕК (после Саудовской Аравии и Ирака). Речи о свержении режима в Иране не идет, неоднократно ранее заверял президент США Дональд Трамп. Вашингтон рассчитывает повлиять на иранское руководство таким образом, чтобы оно действовало в «соответствии с тем, чего действительно хочет иранский народ».
До этого в мае США объявили об одностороннем выходе США из Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) — соглашения 2015 года по иранскому атому. Также в мае минфин США ввел санкции в отношении главы иранского ЦБ Валиоллы Сеифа, утверждая, что он содействовал финансированию «Хезболлы».
В преддверии вступления санкций со стороны США в Иране царит хаос. Национальная валюта после майских заявлений США, просела почти в два раза, иранцы в панике скупают доллары и другие активы, опасаясь их подорожания.
В частности, иранский риал на черном рынке в последнее время достиг рекордной отметки 120 тысяч за $1, тогда как в конце мая этот показатель составлял 65 тыс. риалов.
Впрочем, официальный курс доллара равен 44 тысяч риалов. С осени прошлого года национальная валюта Исламской республики уже подешевела примерно на 25% по отношению к доллару. Тогда один доллар стоил 36 тысяч риалов, говорит аналитик «Финам» Сергей Дроздов.
Сейчас по всей стране проходят масштабные акции протеста. По сообщениям местных информагентств, они идут в городах Шираз, Мешхед, Исфахан и пригороде Тегерана.
Иран живет в условиях международных санкций практически с момента исламской революции в 1979 году. За долгие годы торгово-экономических ограничений экономика страны уже не раз переживала взлеты и падения и частично приспособилась к функционированию в экстремальных условиях.
«Введение новых санкций со стороны США, которые в первую очередь затрагивают основную статью иранского экспорта-нефть, безусловно, усилят давление на экономику страны, однако без поддержки США со стороны Евросоюза, который всеми силами пытается отойти в сторону, будет иметь весьма ограниченное влияние на Иран», — говорит Дроздов.
Впрочем, как полагает Александр Егоров, валютный стратег ГК TeleTrade, ограничение поставок нефти снизит поступление валютной выручки в страну, что ограничит возможности импорта товаров, в том числе, возможно, в какой-то момент и жизненно важных.
В целом же снижение иностранных инвестиций в любом случае приведет к замедлению экономики, говорит эксперт.
«Многое будет зависеть о того, будет ли эта изоляция такой же всеобъемлющей, как того хотят США, или другие государства все же к ней не присоединяться: Китай к примеру, планирует сохранить деловые отношения с Ираном»,
— отмечает Егоров.
На фоне проблем в экономике вырос спрос на криптоактивы.
За последний год жители Ирана купили криптовалюты более чем на $2,5 млрд, говорит Андрей Луговой, генеральный директор компании Криптолион.
Власти Ирана уже заявили о желании обойти санкции с помощью создания криптовалюты. Департамент науки и технологий при правительстве уже начал разработку национальной криптовалюты.
Предполагается, что токенизированный аналог иранского риала, в частности, будет использоваться для расчетов с местными коммерческими банками и будет способствовать укреплению курса национальной денежной единицы, а также стимулировать рост объема внутренних и внешних платежей.
При этом пока что отношение к проекту созданию национальной криптовалюты в Иране у экспертов весьма сдержанное.
«Это позволит частично обойти необходимость расчетов в долларах за иранскую нефть. Но нужно четко понимать, в каких областях можно будет применять иранскую криптовалюту. Пока что опыт Венесуэлы, создавшей криптовалюту El Petro, не производит впечатления», — говорит эксперт.
По мнению же аналитика IFC Markets Дмитрия Лукашова, вряд ли создание национальной криптовалюты может существенно улучшить экономическую ситуацию в стране.
«Так, в Венесуэле при первичном размещении все же нашлись какие-то покупатели. Исходя из объема размещенных токенов и заявленной цены размещения венесуэльские организаторы ICO могли получить порядка $700 млн. Сложно сказать, какую долю из этой суммы обеспечили сторонние инвесторы, но какой-то приток реальных средств был», — поясняет эксперт.
В целом криптовалюта El Petro, несмотря на достаточно шумный запуск, заявления о привязке стоимости одного токена к стоимости одного барреля нефти и повсеместную популяризацию со стороны властей, так и не стал платежным средством номер один в Венесуэле, говорит Андрей Луговой.
Страны оказались не готовы закупать нефть в Венесуэле за криптовалюту. В частности, Индия отказалась оплачивать нефть в этом токене, несмотря на скидку почти в 30%, отмечает эксперт.
