Что такое Россия, задумался я, ознакомившись с многочисленными сведениями о встрече президента Путина с президентом Бушем в Братиславе. Нет, не для меня, который живет здесь все эти годы, у которого здесь родня и дети, могилы предков, друзей и потомков, родной храм, любимая родная речь и недвижимость, — для меня она все, и без нее мне жизни нет, каким бы идиотским пафосом ни отдавали эти слова.

Что такое Россия для тех, с кем переговаривается президент Путин? За что они там уважают ее? Почему, собственно говоря, такой высокий статус имеют эти встречи и пользуются таким сосредоточенным вниманием всего мира?

Из самого содержания встречи я вынес следующее: Россия, во-первых, страшна наличием у нее убийственного количества ядерных арсеналов, мирных и не очень; во-вторых, Россия интересна своими безграничными энергетическими и прочими сырьевыми ресурсами; в-третьих, Россия просто очень большая страна – удобный транспортный коридор между развитой Европой и развитой Азией; и в-четвертых, в России довольно много живет потребителей, пусть и не очень богатых. Все, конец. Остальное наше, как я понял, никому не интересно.

В том числе не интересна даже такая бесконечно ценная для нас вещь, как загадочная мятущаяся русская душа.

Комментаторы братиславского свидания двух респектабельных господ все больше говорили мне про то, завоевал русский президент расположение американского или нет, и приходили к выводу, что завоевал. И еще комментаторы цеплялись вот за что: есть ли в России демократия или ее тут у нас нету – и приходили к выводу, что Владимиру Путину удалось доказать ее наличие.

Но вот по сути дела, по тому, чем Россия действительно интересна своим так называемым партнерам, комментаторы как-то сухо отозвались. Маловато сказали.

Зря, мне кажется. Поскольку важное случилось. Американцы фактически уговорили русских открыть им все ядерные секреты – не в смысле каких-то там технологий или видов вооружений, нет; они получат теперь доступ, как я понял, к святая святых ядерной безопасности (то есть оружия) России, к ее бюрократическому устройству.

В МГУ такой был профессор-языковед Рождественский, который как-то разразился апологетической речью в адрес бюрократии. Из его лекции можно было, в частности, сделать такой вывод: человек, знающий бюрократическую конструкцию того или иного ведомства или компании, знает о ней все. Это нервная система любого дела.

Ну вот, американцы уже очень скоро будут владеть точным знанием о нервной системе русского ядерного арсенала. А значит, гораздо меньше будут его опасаться.

Дальше. Так совпало – именно совпало! – что в те же дни в Хьюстоне знаменитая теперь Летиция Кларк не дала ЮКОСу переместить разбирательство с российским государством в американское правовое поле. В России говорили, что она нарочно это сделала, по просьбе из Белого дома, чтобы не омрачать саммит и не выносить болезненный вопрос на него.

Чушь это, конечно, и вовсе не потому, что в США суды такие уж независимые. Просто чрезвычайно показательное (можно также сказать прецедентное) дело ЮКОСа для американцев уже полностью прояснилось, никаких сомнений не оставляет, и специально обсуждать его уже бессмысленно – пора делать выводы. А значит, к российским сырьевым ресурсам американцы будут относиться точно так же, как к сырьевым ресурсам Нигерии или Маврикия. А именно: в каждой нефтяной компании сотрудникам, выезжающим на переговоры или на работу в такого рода страны, будет выдан кондуит, где описан страновой механизм принятия решений, указаны суммы, какие надобны для смазки этого механизма, а также точки смазки.

Нефти-то в мире еще меньше, чем демократии, а главное – она гораздо нужней.

Пообещали в Братиславе России и принятие во Всемирную торговую организацию уже к концу этого года. Отчего же не принять-то? 145 миллионов потребителей на дороге не валяются.

Я не обнаружил в отчетах о братиславском саммите только сведений о транспортном использовании России, ну да это дело дорогое и длинное, пока подождет.

И вот я к чему. Взамен-то чего добился Путин? Что его по голове погладили и опять признали настоящим президентом? Много проку – вроде свиного молока: и жирное, и витаминов много, и хорошо усваивается, только не доится.