Удивительная вещь — большой футбол. (Маленький, в который играют во дворе или у кого-то на даче, меня не удивляет, потому что надо же как-то двигаться, бежать от инфаркта, скидывать или, по крайней мере, пытаться скинуть лишний вес; это нормальная замена крестьянскому труду или охотничьему быту, ну и чем там еще жили наши предки, пока девелоперы не настроили по всему миру офисов и не заперли в них половину человечества, чтоб та вымерла от гиподинамии.) Я люблю наблюдать за так называемыми болельщиками. Как они перекраивают свою жизнь, отменяют и переносят встречи, не спят ночами и волнуются так, будто от того, как в далекой стране побегают чужие люди, пиная мячик, что-то важное изменится в их жизни. И как будто они могут повлиять на результат. Ну ладно б это было первенство района, в котором лично участвуешь, — тогда еще б куда ни шло! А так все происходит в зазеркалье, в заэкранье, в глубине телевизора. Чемпионат мира — вещь практически виртуальная. Так подростки днюют и ночуют в интернете, бессмысленно прожигая в нем жизнь.

Особенная красота этой ситуации в том, что с самого начала было ясно: Россия ни в какую Африку не едет. С водой выплеснули ребенка, и теперь в ней полощут каких-то чужих малознакомых детей — умиляться не с чего, а ведь наши болельщики пускают слюни и по этому поводу! Это, видимо, «всемирная отзывчивость русской души», о которой вещал какой-то из наших классиков — кажется это был лудоман Достоевский, который то и дело проигрывался напрочь. Уж кстати, о его братьях по несчастью юаровских неграх: они как только взяли власть, отняли ее у белых, так первым делом настроили по всей стране казино. С целью заманить туда белых придурков, чтоб те проиграли денег и чтоб эти миллионы раздать черным нищим. Получилось несколько иначе: черные стали проигрывать свои копеечные пособия, и пришлось государству тратиться на психологов, чтоб те отговаривали проигравшихся от суицида. Позже по негритянскому пути пошла Россия, которая вслед за нищей беспомощной Африкой тоже покрылась игорными заведениями. В России этот бизнес ушел в подполье, а вот интересно, как сейчас с этим делом в ЮАР? Давненько я там не бывал.

Ну и вторая тема, которая будоражит умы в эти дни, и тоже о том, на что мы повлиять не можем, однако же с большим позитивным зарядом, чем ЧМ: это уход с должности американского генерала. За то, что он в журнале Rolling Stone что-то не то ляпнул, наехал на вице-президента (своего). Позитива тут полно. Во-первых, в Америке не так давно негров вешали, а мы не вешали, а слали им оружие и инструкторов. Чтоб черные террористы, вскормленные нами (в основном кубинцы), нападали на ту же ЮАР из соседних стран — наших тогдашних сателлитов. Второй позитив — то, что не только у нас, но и в США нету свободы слова! Вон генерала как придушили, а? Кстати, где наш майор Дымовский? Между прочим? Который кинулся давить коррупцию, как об этом просил президент? Выскочил — и что теперь с ним?

Зря только американского генерала показали по ТВ, он, поджарый и жилистый, что твой Жак-Ив Кусто, очень невыгодно контрастирует с нашими толстяками и жиртрестами — российскими генералами. ТВ не всегда хорошо как пропагандистский инструмент при всей его эффективности! Поскольку иногда в кадр попадают неприятные вещи, которые лучше бы скрыть. Ни к чему нам ужасные заокеанские подробности типа той, что вес полковника не может превышать 89 кило, — в смысле, в Штатах… Не у нас же.

Это очень грамотно — заставить людей красиво волноваться по поводу того, на что они не могут повлиять. Это некая духовная практика, которая приучает публику не беспокоиться по поводу происходящего в стране, в реальной жизни. В этом смысл русского ТВ. Оно по окончании чемпионата будет транслировать иные сюжеты, о вещах, на которые мы точно так же не можем повлиять, как и на итоги чемпионата: нам продолжат щедро живописать русскую политику.

То, что у нас называется политикой…