Еще вчера казалось: в преддверии выборов мухи дохнут от телевизионной скуки. Вялая полемика Зюганова, Жириновского, Богданова напоминает наспех собранный уездный антрепризный театр. Дискуссионные форматы, чье количество уже давно сведено до минимума, мучительно выискивают безопасные темы. Соловьев у своего «Барьера» обсуждает с дуэлянтами штрафы на дорогах, Брилев в «Пятой студии» озаботился генной инженерией, Прошутинская, устами которой «Народ хочет знать», тревожится по поводу экологии.

И вдруг — взрыв. В роли бомбиста выступил отец Тихон с авторским во всех отношениях фильмом «Гибель империи. Византийский урок». Сочинение, показанное в вечерний прайм, повторили субботним утром с давно забытой формулировкой «по многочисленным просьбам» и последующим обсуждением в программе «Национальный интерес» с Дмитрием Киселевым. Более того, фильм впервые разрушил негласное джентльменское соглашение между каналами: контрпрограммируй сколько угодно, а прилюдно анализировать продукцию друг друга не смей. Нарушителем конвенции стал Познер, иронически высказавшийся в своих «Временах» по поводу творчества мятежного архимандрита.

Триумф «Византийского урока», возведенного в статус государственной проблемы (другие в «Национальном интересе» не обсуждаются), дает и нам некий важный урок. В связи с призывом Путина активизировать публичные дискуссии, следует ожидать рост вала соответствующих программ. Полагаю, что в последнем выпуске ток-шоу Киселева явлен некий их прообраз — скорей всего, бурление общественной мысли будет происходить именно с таким набором тем, участников, мнений, аргументов.

Историософские аспекты близости Византии и России в «Национальном интересе» сразу отошли на второй план. Первым делом участники передачи, идущей, кстати, в прямом эфире, привычно занялись поиском врага, то есть в данном случае тех, кто осмелился увидеть в фильме дешевую (точнее, недешевую, учитывая географию и качество съемок) агитку. Свою лепту в благородное дело внес отец Тихон, заявивший: либерализм сегодня становится инструментом подавления. А поскольку враг должен быть персонифицирован, он тут же упоминает историка Юрия Афанасьева, радиостанции «Эхо Москвы» и «Свобода». Впрочем, некто Дмитрий Белоконев из Молодежной общественной палаты (оказывается, и такая существует) авторитетно уточнил: их мнение не стоит принимать во внимание, так как оно проплачено иностранными спецслужбами. Еще дальше пошла пассионарная Наталья Нарочницкая, призвавшая по капле выдавливать врага из интеллигенции (любопытно, она сознательно или случайно переврала известный чеховский афоризм?) И даже мирный Андраник Мигранян, обычно облекающий любую свою мысль в вату размытых придаточных предложений, упрекнул Афанасьева, резко отозвавшегося в печати об «Уроке», в хамстве и ангажированности.

Отец Тихон все больше скромно помалкивал, а если говорил, то демонстрировал виртуозное умение (что мы увидели и по «Византийскому уроку») подменять, как говорят в формальной логике, тезис. Вот фрагмент диалога с Киселевым: «Мой фильм принципиально не антизападный… В нем лишь сказано: Запад преследовал свои итересы, и нам надо это учитывать. — Вплоть до уничтожения России? — Многие говорят, что это именно так».

Соотношение, говоря условно, современных западников и славянофилов в студии — примерно один к пяти. А если учесть, что и «рядовые зрители», задающие вопросы, по странному совпадению оказались исключительно из «Молодой гвардии», «России молодой» и прочих достойных организаций одного направления, то Афанасьева можно понять. Он резонно отказался участвовать в компании предсказуемых оппонентов, где ему не дадут высказаться. Роль демократа дежурно исполнил Виктор Ерофеев. Единственный разрешенный на ТВ либерал осторожен, умеренен и никогда не сболтнет лишнего. В награду за хорошее поведение он не слезает с экрана, его даже в передачу «Модный приговор» теперь зовут — вместе с очаровательной женой и еще более очаровательной тещей.

Впрочем, состав участников, как и имперско-мессианская риторика, не удивляет. Удивляет другое. Церковь устами отца Тихона, разумеется, имеет право озвучивать свою версию гибели православной Византии. Вопрос в том, может ли церковная история подменять в развитом современном государстве историю светскую? А такая тенденция намечается. Вот уже и программа «Вести», опять же на государственном канале, трактует косовскую проблему в терминах типа «пощечина православию», интересуясь мнением не столько специалистов, сколько религиозного рок-музыканта Кинчева…

Прислушаемся еще раз к отцу Тихону, он человек умный, Гераклита цитирует. И добавляет: дважды нельзя войти в одну и ту же реку, но запросто можно сесть в одну и ту же историческую лужу. Золотые слова!