Если можно, прикрываясь законом, по сути, грубо вмешиваться в деятельность компаний, одним движением снижая котировки и капитализацию, то проблема носит системный характер, что существенно серьезнее, чем «наезды» на отдельно взятый бизнес или на одного или нескольких олигархов.
Например, в отношении законодательной базы, регламентирующей банковскую деятельность, значительная часть норм написана неясно, в противоречии друг с другом, в связи с чем не может быть однозначно истолкована, и порождает базу для коррумпированности правоприменительной системы. Кроме того, законодательство имеет много пробелов, восполнять которые приходится на свой страх и риск.
Это приводит, в том числе, и к тому, что должники банков обладают большим количеством возможностей избежать исполнения своих обязательств.
Достаточно взглянуть на судебную практику: доля дел, так или иначе связанных с признанием сделок недействительными, очень значительна. Для признания сделок с банками недействительными можно добиваться признания недействительными внутрикорпоративных решений о назначении должностных лиц и об одобрении сделок, либо проведения экспертиз подлинности подписей. При этом злоупотребления начинаются, как только банк предъявляет иск о возврате кредита.
Наверное, никто не может и не должен контролировать внутреннюю деятельность коммерческой организации. Должен возобладать подход, согласно которому к действительности сделок не имеют отношения неправомерные действия лиц, представляющих стороны по сделке, если контрагенту не было известно о таких неправомерных действиях в момент совершения сделки.
Ответственность за последствия, причиненные организации или ее собственнику неправомерными действиями, должны нести лица, их совершившие.
Сегодня же в данной ситуации страдает лишь добросовестная сторона сделки, предпринявшая к моменту ее оспаривания все необходимые и предусмотренные действующим законодательством действия не только для совершения сделки, но и для ее исполнения.
~ В качестве оснований иска приводится то, что лица, чьи подписи стоят под протоколами, на самом деле не подписывали протокол и не могли подписать его, поскольку находились в другом месте, либо то, что у голосовавшего лица были ненадлежащим образом оформлены полномочия. При этом нанимаются известные адвокаты, которые красноречиво требуют буквального применения судом норм законодательства, т.е. признания протоколов, а вслед за ними, и сделок недействительными.
При таких обстоятельствах заемщику проще не решать вопросов изыскания ресурсов, погашения кредита, а воспользоваться несовершенством законодательства и найти основание для ухода от ответственности в своей собственной корпоративной документации.
Если законодательство создает двусмысленность в понимании, его необходимо совершенствовать, не дожидаясь пока его в меру своего представления истолкует суд. Тем более что, как показывает практика, толкование суд осуществляет не всегда в соответствии с теми идеями, из которых исходил законодатель, создавая ту или иную норму.
Автор — аналитик банка «Зенит»
