Буквально недавно закончилось душераздирающее шоу, о котором знали даже те из нас, кто вообще мало что знает о шоу-бизнесе. Я, конечно же, о громком и скандальном разводе Оксаны Самойловой и Джигана. Отношения этой парочки давно стали своего рода мемом, а эмоциональные качели в стиле «сошлись-разошлись» успели утомить даже их поклонников. Так что мы все хором выдохнули: развелись! Правда, семейная жизнь закончилась, а шоу-таки продолжается.
Но с чего я вообще обратила свое (и обращаю ваше) внимание на этих людей? С того, что за камерой, мотором, слезами и признаниями, душераздирающими кадрами — за этим за всем находятся дети. Те, кто не выбирал быть героями никакого реалити-шоу — но не то чтобы их всерьез спрашивали. Они оказались втянуты в разборки, реальные ли или постановочные, оказались частью большой кампании по тотальной монетизации семейной жизни, и чем аукнется для них такая специфичная популярность — никто этого не знает.
Я попробовала представить себя или своих детей на месте тех, кого сейчас транслируют и в горе, и в радости изо всех страниц запрещенных (и не только) социальных сетей. Стало явно не по себе: вам 11, вы только учитесь понимать мир, а мир смотрит на вас через объектив камеры. Ваши обиды, слезы, неловкие паузы — в эфир идет буквально все. Ваши родители, вместо того чтобы тихо поговорить за закрытой дверью, устраивают публичную исповедь на миллион зрителей, а вы становитесь частью этой исповеди. Не актером по своему выбору, но статистом в чужой драме.
И ладно Самойлова с Джиганом — в их публичных разборках дети действительно выступают на вторых ролях. А как относиться к тем мамам с папами, которые активно взращивают в своем дитятке будущего звездного блогера, монетизируя каждый шаг и вздох ребенка? Кажется, наевшись красивыми картинками идеального родительства, насмотревшись на изнанку чужой семейной жизни, мы наконец задумались: нормально ли это все вообще? Можно ли любовь, доверие, тепло упаковать в красивые шортсы, положить на это популярный трек, добавить пару слезливых подписей и начать активно продавать?
В целом, почему бы и нет: в эпоху, где покупается и продается почти все, нет места фальшивым менторским нотациям. И все бы ничего, если бы в этой ярмарке не участвовали дети. Ведь детство как таковое — само понятие его — сформировалось лишь в начале ХХ века. Ограждать детей от жестокого обращения, не позволять работать до 14 лет, обеспечивать их воспитание и образование в обязательном порядке — не такая уж это и давняя традиция. И только-только она сложилась, как самые резвые из нас начали активно превращать наших наследников в бесплатный, но самый ценный съемочный реквизит. Ведь детские искренние эмоции — это рейтинг, их растерянность — виральность, их детство — контент.
«Что посеешь, то и пожнешь» — все мы помним эту набившую оскомину пословицу. И на волне всех публичных разборок, в которых регулярно мелькают лица маленьких мальчиков и девочек, хочется спросить: что же сеют родители, выставляя свою личную жизнь напоказ? Семена тревоги, неуверенности, искаженного восприятия семьи.
Ребенок переживает страшное — принудительную потерю приватности. Он не может контролировать, какая информация о нем попадет в сеть. Фото, видео, подробности семейных конфликтов остаются в интернете навсегда и могут аукнуться во взрослой жизни. Не добавляет стабильности и публичное обсуждение родительских разборок — это порождает у детей тяжелое чувство вины и невольные вопросы: «Может, это из-за меня?»
Наконец, искажается образ семьи в целом: дети начинают думать, что любовь — это когда тебя снимают на телефон и выкладывают в сеть, счастье — лайки под видео с семейным пикником. А если вдруг ссора — ее тоже надо транслировать, чтобы все оценили, кто прав.
Хочу, чтобы вы правильно меня поняли: я сейчас не обвиняю звездных родителей в жестокости — в конце концов, я так себе судья. Мы живем во времена, когда новые нормы формируются буквально у нас на глазах, и «что такое хорошо, а что такое плохо» складывается здесь и сейчас. Это здорово, ведь мы можем непосредственно повлиять. Правда, чтобы суметь это сделать, надо однозначно признать: дети — не часть нашего личного бренда. Они не должны быть инструментом для роста подписчиков или поводом для хайпа. Их детство — не сценарий, который можно переписать ради красивого кадра.
Я убеждена: превращение семейной драмы в контент — не просто дурной тон. Это этическая ошибка, последствия которой ложатся на плечи самых беззащитных из нас. И знаете, если бы я что и отменяла, если бы что и ограничивала, так это не доступы к мессенджерам и вход в сеть, а такую вот бездумную и зачастую невидимую эксплуатацию детства.
Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.
