Если недавно в народе можно было услышать обидное прозвище «разведенка с прицепом», то теперь недалек тот день, когда появится новая аббревиатура — МСП (мама с прицепом), где в роли прицепа будет возраст ее ребенка.
А дело-то вот в чем. Пару дней назад был подписан запрет на испытательный срок для женщин с детьми до трех лет, которую практически все женщины с маленькими детьми встретили с чувством легкого недоумения. Обновленный закон запрещает работодателям устанавливать испытательный срок при приеме на работу женщин с детьми до трех лет, когда раньше все ограничивалось первыми полутора годами ребенка.
Логика этого решения понятна и прозрачна: воспитание ребенка до трех лет считается «периодом колоссальной нагрузки и повышенной ответственности», а дополнительный стресс в виде необходимости проходить проверку на профпригодность в первые месяцы работы только усугубляет и без того непростое положение женщины, возвращающейся из декрета в профессиональную среду.
Звучит все это настолько правильно и гуманно, что критиковать подобный закон может только человек с каменным сердцем. Однако чем дольше я размышляю над этой новостью, тем отчетливее понимаю, что между текстом указа и реальной жизнью лежит страх работодателя, который рискует нанять человека без возможности его уволить в упрощенном порядке.
Я и сама нахожусь ровно в той демографической категории, которую этот закон призван защищать и оберегать. У меня подрастает полуторагодовалая дочь, и хотя формально я еще нахожусь в оплачиваемом декретном отпуске, мои мысли все чаще возвращаются к вопросу о том, куда и как я буду выходить на работу через некоторое время, когда пособие закончится, а семейный бюджет начнет требовать второго стабильного дохода. Вокруг меня довольно много подруг в похожей ситуации. Кто-то уже активно мониторит сайты с вакансиями, кто-то прошел несколько собеседований и получил вежливые отказы без объяснения причин, кто-то махнул рукой и решил сидеть с ребенком до садика, потому что рынок труда в их конкретной отрасли не проявляет никакого интереса к кандидатам с маленькими детьми.
И вот теперь, когда я читаю про запрет испытательного срока, я не могу отделаться от мысли, что государство, желая подстелить нам соломки на рабочем месте, невольно застелило ею входную дверь, сделав ее практически непроходимой для среднестатистического работодателя, который и раньше-то смотрел на резюме мам с некоторой опаской, а теперь и вовсе получил формальный повод эту опаску удвоить.
Почему так происходит, объяснить довольно просто, если хотя бы на минуту представить себя на месте человека, принимающего кадровые решения и отвечающего за эффективность работы своего отдела или компании в целом. Раньше у работодателя была возможность предложить женщине с ребенком стандартный трехмесячный испытательный срок, в течение которого обе стороны присматривались друг к другу и честно решали, совпадают ли ожидания с реальностью и получается ли у сотрудницы встроиться в рабочий график без ущерба для профессиональных обязанностей и семейных обстоятельств. Если что-то шло не так, трудовые отношения прекращались быстро и без взаимных претензий, а женщина получала хотя бы строчку в резюме и понимание того, в каком режиме она готова или не готова работать прямо сейчас.
Теперь этот механизм исчезает, и работодатель оказывается перед выбором: либо нанимать сотрудницу сразу на общих основаниях с полной ответственностью и невозможностью гибкого увольнения в случае объективных сложностей, либо вежливо улыбнуться на собеседовании и перезвонить кандидату без детей, с которым можно будет спокойно расстаться, если профессионального контакта не случится.
Я прекрасно понимаю, что закон написан не для того, чтобы усложнить жизнь матерям, а совсем наоборот, чтобы избавить их от лишнего стресса в и без того турбулентный период жизни, когда каждая бессонная ночь с ребенком и так является маленьким испытанием на прочность и добавлять к этому еще и официальную проверку со стороны начальства кажется откровенным перебором. Но парадокс заключается в том, что стресс от испытательного срока хотя бы подразумевает наличие самой работы, тогда как стресс от бесконечного поиска вакансий и молчаливых отказов куда более изматывающий и длительный, и с ним гораздо труднее справиться, потому что он не имеет четких сроков и внятных причин. И пока у нас нет дополнительных механизмов, которые бы поощряли работодателей нанимать женщин с маленькими детьми и как-то компенсировали им предполагаемые риски, каждая новая защитная норма будет работать скорее как фильтр на входе, чем как подушка безопасности внутри компании.
Нет, этот закон не плохой или ненужный, потому что сама идея защиты материнства заслуживает всяческой поддержки и уважения. Но будто бы для таких инициатив должны быть какие-то сопутствующие меры, которые помогали бы работодателям перестать бояться кандидатов с детьми до трех лет и видеть в них не юридические риски, а нормальных профессионалов, совмещающих карьеру с воспитанием маленького человека. Мне вообще кажется, что такой многозадачностью, как у мам, не обладает ни один менеджер.
А пока что остается надеяться на здравый смысл отдельных руководителей и на то, что к тому моменту, когда моя дочь окончательно освоит горшок и перестанет просыпаться по ночам, рынок труда тоже немного повзрослеет и научится смотреть на матерей не через призму Трудового кодекса, а через призму реальных компетенций и желания работать.
Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.
