Все, что происходит в Польше, нам действительно смешно, потому что непонятно. Непредставимо.
Мы не можем себе представить, чтобы у нас такое случилось. Например, чтобы председатель правящей партии и бывший премьер-министр Дмитрий Медведев ночью пришел куда-то в толпе, схватился бы за поручень уличной палатки, допустим, с надписью «Дискуссионный клуб «Газеты.Ru», стал бы эту палатку шатать, едва не был бы задавлен, и, подпираемый толпой, кричал бы из последних сил: «Россияне, москвичи, все — на улицу, все приходите ночью на площадь!» Кричал бы: «Не допустим, не забудем, не простим», потом бы началась потасовка и изумленные россияне увидели бы по телевизору, как кто-то кричит: «Ой, батюшки-светы, задавите Медведева, куда вы прете, Медведева задавили!»
А в Польше произошло именно так. И так вел себя председатель одной из двух правящих партий, «Право и справедливость», Ярослав Качиньский, бывший в 2000-е премьер-министром Польши и по факту уже свыше 20 лет возглавляющий партию, которая около половины этого времени была у власти, то есть формировала кабмин.
Теперь усложним задачу. Представьте, что у нас не Дмитрий Медведев — бывший премьер и глава правящей партии, а кто-нибудь из братьев Торсуевых. Ну, которые в «Электронике» снимались. Дело в том, что в детстве братья Лех и Ярослав Качиньские снялись в главной роли в культовом фильме «О двоих, которые украли Луну». Потом один брат стал президентом, второй — премьером. Отношение к ним в Польше ровно такое, каким было бы у нас, если бы в России к власти пришли братья Электроники. Собственно, с тех пор данный флер не покидает политическую Польшу.
Президент Кароль Навроцкий, кстати, тоже пришел ночью к Конституционному суду. Как бы объяснить российскому читателю, чтобы лучше понял разницу в работе, так сказать, институций у нас и в Польше?
Шутки с упоминанием Владимира Путина у нас не приветствуются, но здесь иначе не объяснить, так что наберите воздуха в грудь и представьте...
В общем, представьте, что Владимир Путин ночью пришел к Конституционному суду и устроил потасовку. Судьи во главе с только что назначенным врио председателя КС, хрупкой женщиной, вышли дать главе государства отпор, но президент сдаваться не собирается, потому он берет судей на таран, распихивает их локтями. Да-да, представьте: президент сминает и отталкивает преграждавшую ему путь женщину-судью, которая кричит из-под крепкой руки главы государства, что ее конституционный долг стоять до конца, пусть даже придется в этой битве за крыльцо суда погибнуть. Это еще не все: то ли назначенную парламентом, то ли самоназначенную врио председателя Конституционного суда президент даже пихает локтями в бок, берет в охапку и оттесняет к стене, чтобы пролезть в суд и провести за собой тех судей, какие ему нравятся.
Сложно вообразить, да? Много у нас недостатков, прямо скажем, но представить, чтобы высшее руководство полезло бы на суд с кулаками, мы не можем — воображения не хватает.
А в Польше президент Кароль Навроцкий действительно пришел в суд и устроил потасовку, смял женщину-судью, с боем пролез в здание Конституционного суда, а с врио председателя суда Анной Корбин-Пиотровской вступил, как пишут польские репортеры, в настоящую битву, после которой то ли врио, то ли не врио председателя Конституционного суда записала видеообращение.
В ответ пресс-секретарь президента объявил, что Кароль Навроцкий обращается в прокуратуру с заявлением о нарушении его неприкосновенности тремя судьями, в том числе Корвин-Пиотровской. На польском языке это звучит еще смешнее. По-польски «неприкосновенность» — nietykalność, «нетыкальнощч», а президент обвиняет судей Конституционного суда в том, что они его «dotykali», то есть пихали, тыкали физически. Хотя весь мир видел, что было, строго говоря, наоборот.
Пикантность ситуации придает идущий прямо сейчас судебный процесс, в котором президент Навроцкий оспаривает публикацию издания Onet, утверждавшего, что в молодости президент работал охранником в отеле и участвовал в поставке гостям проституток. Внезапно вызвали свидетельницу, которая работала с Навроцким в том отеле, она показала, что лично видела, как Кароль Навроцкий провожал девушек к гостям. Это заседание прошло 27 октября. И бах — конституционный кризис. В Польше шутят, что сминал судей президент вполне профессионально: сказывается опыт работы в охране.
Часто в эти дни встречаю утверждение, будто в Польше президент тараном смял судей Конституционного суда, а старичок Качиньский призвал сторонников сбегаться на помощь, потому что у них-де настоящая свобода и демократия.
Ну, во-первых, было бы неплохо спросить польских конституционных судей, что бы они предпочли: получить в присутствии сотен журналистов в бок при демократии или не получать без всякой демократии.
Во-вторых, если бы конкретно полякам данная свобода давала что-то больше, чем право получить от президента в бок, можно было бы спорить. Но я была в Польше не раз и знаю, что каких-либо преимуществ данный тип свирепой демократии полякам не дал, кроме обязанности содержать пару миллионов украинцев и смотреть в прямом эфире, как президент толкает женщину-судью.
К сожалению, демократия — это не только миллион партий в бюллетене, чтобы выдвигались все желающие. В случае с Польшей демократия современного образца — это когда правящая партия стремится назначить своих судей, своего генпрокурора, ставит своих людей в Счетную палату, казначейство, Природнадзор и прочее. Суды выборные, на срок шесть лет, но утверждаются президентом, а как только подходит время, в партиях начинается суета вокруг судей. То же — в прокуратуре. Конкретно польская демократия — это когда человек оттягивает обращение в суд или в прокуратуру до выборов, потому что если победит нужная партия, она поставит своих людей и выиграть суд будет проще.
Конкретно в чем сейчас у поляков сыр-бор? Спор давний, ему больше десяти лет. В Польше де-факто две правящие партии и двухпартийная система, остальные к «Праву и справедливости» и «Гражданской платформе» по результатам выборов даже близко подойти не могут, а если кто-то проходит в сейм от сторонних сил, то должны вступать в коалицию с ПиС или ГП. И вот эти две партии который год делят Конституционный суд. Когда полная власть находилась у партии Ярослава Качиньского, она продавила ряд спорных судебных решений Конституционного суда. Но как только правительство перешло в руки Туска и «Гражданской платформы», генпрокуратура решила прижать «ПиСовских» судей и внесла председателю суда и его заместителю представления о нарушениях, на основании которых отстранила их от работы.
Судьи выбрали врио председателя Корвин-Пиотровскую, а также еще нескольких рядовых судей. Но президент от партии Качиньского отказался принимать присягу у пяти судей, которые типа от партии Туска. Тогда эти судьи, в том числе Корвин-Пиотровская, которую президент пихал в бок, присягнули сейму. Теперь президент считает их нелегитимными и обвиняет в захвате суда. А премьер считает незаконным пребывание в суде отстраненных председателя и его заместителя.
Есть еще один нюанс. Лично я за все время наблюдения активной фазы конфликта ни разу не встретила у той или другой стороны внятного объяснения, зачем им вообще контроль над Конституционным судом. Обе партии хотят поставить своих конституционных судей чтобы что? Обе стороны объясняют свою позицию исключительно желанием соблюсти законность процедуры. Следовательно, не могут определиться, какой эта процедура должна быть, а это показатель незрелости государственных институтов — конкретно суда. Ну да, вот так: народ, который большую часть своей истории не имел собственной государственности, запутался в базовой процедуре организации Конституционного суда.
Примечательно, что даже в серьезной прессе это не обсуждается. А вопрос о том, помнят ли в принципе поляки, какие компетенции у Конституционного суда, первой вслух у них задала, кажется, колумнистка женского глянцевого издания под названием «Высокие каблуки». И оказалось, что не помнят. И конфуз настолько неудобный, что большая пресса предпочла его проигнорировать. Так что в Польше все просвещенные поляки, дабы казаться еще просвещенней, усиленно следят за битвой под стенами Конституционного суда, но никто не может внятно объяснить, зачем президенту и премьеру этот суд сдался. Тем временем процесс, где свидетельница обвинила молодого Навроцкого в сутенерстве, идет, и про него немного забыли. Возможно, президент решил, что пусть лучше поляки обсуждают, как он толкал в бок судью, чем начнут следить за делом, в котором он всплыл в качестве сутенера.
Красиво живут соседи, что тут еще скажешь?
Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.