Раз в несколько месяцев встречаю заявления Русской православной церкви: «Сведений о рукоположении такого-то и такого-то не имеется». Это про блогеров в подрясниках. Видела даже заявление провинциальной епархии о том, что священнику N-ского прихода вести блог не благославлялось. Видимо, было много жалоб от интернет-прихожан.
Священников в интернете стало вообще много. И редко где разберешь, священник он или кто. Особенно с приходом нейросетей, когда легко нарисовать себя в облачении и в алтаре, оживить ролик и стричь пожертвования «на требы». А сам сиди где-нибудь в Гвадалахаре.
Пока боролись с колдунами, у нас появились ряженые священники. А теперь есть и нейробатюшки. Виртуальный приход с ИИ-попом. Деньги — настоящие.
Да, я с изумлением узнала, что православные все чаще становятся жертвами мелких жуликов в интернете. В соцсетях валит реклама: удаленный заказ акафистов, оплата сорокоуста, сбор на записки за здравие, молебен за путешествующих, молитвенная поддержка болящим, утешение скорбящих думаньем. Можно оплатить виртуальные свечи святым угодникам. 50 рублей, сто, двести. За 500 свеча светит Николаю Угоднику «сутки». Платить можно криптовалютой. Светить свеча будет там же, в интернете — доверчивому верующему в бот обратной связи присылают gif-картинку со свечой. За доплату можно ее расшарить, чтобы она «светила всем добрым людям».
Есть примеры поинтереснее. Приехала в родную Тюмень летом и установила запрещенную у нас давно басурманскую соцсеть, так как там остались контакты знакомой по моей старой жизни, которую я захотела найти. Только вернулась в Петербург — мне показывают в ленте пост: поставим за вас свечу в церкви Михаила Архангела. И QR-код для оплаты. А я как раз в этом храме накануне была! Представляете, какое жульничество? Значит, Meta (признана в России экстремистской и запрещена) отследила мои перемещения, передала маркетинговому отделу, а те продали мои данные рекламодателю, который придумал продавать мне свечи! Вот только свечи в том храме бесплатные, я своими глазами видела. Представляете, денег не берут.
Полагаю, что такое жульничество сейчас можно обделывать полностью без участия человека. Ну, сидит один, пишет промпт для картинки, для объявления, настраивает рекламу и — погнали!
Неудивительно, что предпочитают жулики или заблокированный Telegram, или Instagram (владелец компания Meta признана в России экстремистской и запрещена): там концов не найти, а деньги могут вообще идти какому-нибудь волку с Уолл-Стрит. Ну а что? В принципе, сейчас легко это сделать. Когда-то Станислав Лем фантазировал, что в будущем каждому зрителю будут показывать свой театр. Приехал в город, пришел в театр, когда тебе удобно, и смотришь постановку с уже подогнанным под тебя сценарием и артистами, каких ты любишь. Голографический театр.
Сегодня можно открыть скам-центр, который будет каждому показывать свою рекламу. В России нейробатюшка собирает деньги на поминовение в Сарове, поляки видят призыв слать деньги на костел в Ченстохове, а с латиноамериканцев собирают подношения святой Марии Гваделупской. И ничего не поделать. Только просвещение. А пока — борьба по лекалам работы против мафии и телефонных мошенников.
С реальными священниками, кстати, порой тоже бывают проблемы. Священнослужители — такие же люди, ничто человеческое им не чуждо. Тоже порой впадают в соблазн интернет-проповедничества, гонятся за заработками на рекламе. Оказывается, недавно РПЦ добавила в ставленническую присягу обещание не выступать без благословления от имени Церкви и не использовать соцсети для личной выгоды. Запрет назрел, скажем прямо. Я за несколькими православными священниками-блогерами следила. Помимо имеющих свои страницы церковных богословов, которые рассуждают о тонкостях учения друг с другом, у нас много медийных батюшек, ведущих красивые страницы в соцсетях. Есть целые священнические семьи, где у всех блоги: батюшки, матушки, детки — все напоказ, реклама, курсы.
Батюшка окончил семинарию, но через запятую написано, что он клинический психолог, в блоге отвечает на вопросы подписчиков: можно ли есть крольчатину, как правильно выбрать жену? Матушка окончила курсы психологов и учит смирению, спокойствию.
За одной семьей наблюдаю несколько лет. Муж служит в храме, жена, разумеется, психолог. Ведут блоги на всех площадках, они есть везде. Построили свою медиаимперию: каналы а-ля «Слово пастыря», страницы «Утешение от матушки», раздел для любознательных «Быт священника». Рассказывают, что они готовят, что едят, как познакомились. Когда матушка в очередной раз забеременела, в блогах пошли отчеты: как планировали малыша, как зачали, как праздновали весть о младенце. Все как у людей, только в кадре священник и попадья. А затем случилось несчастье — выкидыш. В блогах пошла череда публикаций: как пережить горе, как батюшка с матушкой его переживали, как отпевали. Следом — новости: второй зародыш остался в фаллопиевой трубе, была двойня, но вторая беременность замерла, трубу удалили. И снова: как удаляли трубу, как отпевали... При этом постоянно ходят на какие-то подкасты, интервью, к другим блогерам...
Реклама — рекой. Вроде ничего не продавали до последнего времени, а тут захожу: ба! Стоят с огромным букетом роз, какие, простите, инстадивы в аренду берут для фото, и сообщают, что едут на поклон к блаженной Матроне Московской. Ниже — номер банковской карты: «Поблагодарить и передать цветок». Матроне то есть. Тут же — реклама: «Ювелирные изделия, которые становятся семейной реликвией».
Хочется верить, что деньги идут на нужды прихода, но пара показывает очень хорошую жизнь и крепкий достаток. Такое православное хюгге с налетом сдержанной роскоши. Вот только на что эти блогеры сподвигнут свою паству, которая видит красивую и роскошную по меркам обычных россиян жизнь?
Подобного, увы, много в сети. А так как на каждого реального священника, пусть и с цветочками для Матроны, приходится, по моим наблюдениям, не менее десяти аферистов, запрет блогов ради заработка и славы в РПЦ только приветствую. Сама я к Церкви не отношусь, но хорошо понимаю, что данные виды интернет-деятельности разлагают граждан. Не говоря о материальном ущербе в виде покупки виртуальных свечей и отправки денег. Если люди будут знать, что патриархией ведение такой деятельности не благословляется, они, надеюсь, и аферистам станут меньше попадаться, так как шанс, что среди них окажутся настоящие священнослужители, теперь резко сокращается.
Как боролись с телефонным мошенничеством? Силовики запустили по стране социальную рекламу, в которой объясняли, что сами гражданам не звонят. Если следователь просит вас о чем-то, кроме как подойти в отдел, это жулик.
Со священниками должно быть так же: если блогер в рясе предлагает вам что-то купить, вряд ли это священник. А если даже и так, то это ненадолго: на «работе» узнают и либо рясу снимут, либо блог закроют.
Пора, конечно, бороться. Как боролись с православными ярмарками. Помните такие? Гастролировали по выставочным центрам вместе с ярмарками меда. Господи, чего там только не было! И ладно если просто жулье, а то ведь и сектанты орудовали. Вспомните бога Кузю — это был король православных ярмарок. Пять лет дали, кстати. И на фоне его свержения стали ярмарки прикрывать
Эти балаганы с обуванием граждан перекочевали в соцсети. Бизнес, я так понимаю, переживает колоссальный рост прибыли, так как теперь их свечки, иконки и требы виртуальные, из затрат — труд SMM-щика и расширенная подписка на креативные нейросети. Чтобы ролики рисовать с ИИ-батюшкой, который перед ИИ-свечкой служит ИИ-требы. Настоящие в этой схеме — только деньги доверчивых пользователей.
Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.