Танечка, одно слово Танечка — белокурые волосы, голубые глаза, радость и счастье и мамы, и бабушки. Обязанностей никаких — только учись, деточка. Пятерки мало, лучше с каким-нибудь похвальным листом.
Танечка хотела быть врачом, причем не просто врачом, а судмедэкспертом.
Трепетной душе была нужна новая страсть. Подвернулась книжка Всеволода Овчинникова «Ветка сакуры». И понеслось. К 10-му классу средней школы Танечкина голова должна была взорваться от количества разрозненных знаний про Японию. Добрые люди привели Танечку в Дом дружбы с народами зарубежных стран, где Танечка стала через год председателем молодежной секции общества СССР — Япония.
Группы японцев приплывали в Находку, где Танечка их встречала. Вместе с переводчиками, кагэбэшниками и ответственным за матчасть. На Танечке были молодежные оргвопросы. Еще она собралась поступать в МГУ на японское отделение. Хорошо, нашелся умный человек — отговорил. Без «связей» было бы тяжело. И Танечка поступила учиться на управленца. Японцев еще пару лет не бросала, тратя на них все лето.
Первый муж, работа в НИИ, любовник-венгр, ради которого учила венгерский, министерство торговли, куда уговорила пойти мамина подруга, — все летело калейдоскопом. Как говорит сама Танечка, «жизнь в состоянии аффекта».
В какой-то момент Танечка решила навестить друга в Венгрии, чтобы познакомиться с его родителями. Но ее не выпустили под предлогом того, что она может в Венгрии остаться. Больше Танечка на работу в министерство не ходила, впав в депрессию. Мама лежала поперек дивана с полотенцем на голове и кричала: «Ты потеряешь стаж!»
Жила в Ясенево, когда «выезжали в город», спрашивали у соседей, кому чего надо купить «в городе». Танечка квартиру хотела обменять и приехала в Банный переулок, в известный московский центр «черного» обмена. «Кому квартира в Ясенево?» — кричала Танечка. «Ты бы еще в Серпухове предложила», — отреагировал тогда мужичок. Теперь считается элитный район.
Влюбилась по уши. Стали жить вместе. Втроем. Еще мама. И тут любимый заболел. Не рак, не туберкулез, но легкое просто разлагалось. Бросила работу, сидела рядом, мотались по диспансерам и санаториям. Скорее всего, болезнь была связана с предыдущей работой любимого — засекреченный химик, что тогда СССР создавал и испытывал, теперь уже не разобрать. При этом
Поженились. Танечка нашла себя в туризме. Денег заработала, объездила весь мир. Муж тоже был успешен. Своего бизнеса не имели, первоначального капитала не было, а с потенциальными партнерами успевали разругаться на старте. Построили дачу, купили квартиру. Завели борзую. Были абсолютно счастливы.
Однажды, сидя уставшими после целого летнего дня на огороде в своем дачном кооперативе, они задались довольно странным вопросом: а что мы тут делаем? И приняли совместное решение. Продать дачу, а на вырученные деньги купить землю и построить дом где-нибудь на берегу Волги, подальше от столицы. Следующее решение было еще круче. Квартиру в Москве сдавать, а жить в том доме, который построят.
Русская зима внесла свои коррективы в прекрасный план: топить дом, который они построили, было и трудно, и дорого. Потому было решено на зиму из России уезжать в теплые края. Туда, где сытно и дешево.
Дом на зиму консервировать и сдавать на охрану. Датчиков понаставили везде.
Одну зиму провели во Вьетнаме, вторую на Шри-Ланке. Пригодились Танечкины туристические связи по всему миру. За последнюю зиму накатали за рулем 12 тысяч километров.
Вернулись. Скоро пора малину на даче подвязывать.