Интересно вышло с недавними потрясениями (ЮКОС, Волошин, «когда возьмут за одно место»): комментариев было много, но и двух недель не прошло, а их уже не стало. Понять можно: все позиции по всем поводам высказаны — что ж еще-то? Дела заведены, процессы идут, но — в тишине. Тоже, конечно, понятно: про эти маневры не известно никому, кроме их активистов. Комментировать можно будет очередное действие — не соотносясь с прежними высказываниями. Например, уже можно было думать о бессистемно случающихся кроликах и подсосных свиноматках, но помешали праздники.
Почему так? Да ситуация осталась не отформатированной. Что там было, главное-то? Политика, экономика, личные чувства, ситуационность? Наступление осени, освещенное беспомощным солнцем октября? Из-за этой размытости и не понять, какими буквами интерпретировать, следя за процессом.
Конечно, это можно считать технологической новостью: действия в смутных форматах. Что-то происходит, а что? Тогда никакие анализы и критики успех не подкосят. Как бы некий бульон невозбранно просачивается сквозь всякие комментаторские сеточки и крупные медийные фильтры, а потом раз — и высох, равномерно покрыв все, что и требовалось покрыть надлежащим веществом.
Итог — смена подоплеки, подкладки, подстилки всей интеллектуальной жизнедеятельности, а это круче, чем смена «повесток». Вот выборы теперь вроде бы уже явно другие, нежели предполагались, только на них все равно ничего не скажется. Расползается некий тефлон: это раньше к президенту ничего не приставало, а теперь и к прочим политическим субъектам, да и к самому процессу, который ни на миллиметр не отреагировал ни на одну интерпретацию. Откуда следует — что?
Очевидно: одна из сторон (а стороны тут — власть и совокупность интерпретаторов) аутична.
Конечно, тут хватает, чтобы аутичным был кто-то один, второй станет им с неизбежностью.
Что есть тупик в деле общественного взаимопонимания.
Разумеется, выход из тупика ищут в иной схеме той же действительности: весьма возможно, что в правильной схеме никакого тупика и нет. Свой вариант уже предложил открыватель олигархического заговора, сообщив в журнале «Смысл» о своем новом открытии: «Кардинальным отличием России от стран «третьего мира» является сакральность верховной власти. У нас гражданская война возможна тогда, и только тогда, когда исчезает верховная власть... Пока власть сохраняет налет сакральности, гражданской войны можно избежать».
В сущности, выставлено условие разблокирования: считать власть сакральной — и все будет хорошо. Аргументы безупречны: гражданская война у нас тут есть? Нет ее. Значит — власть сакральна.
Учитывая, что о массовом миропомазании всех госчиновников класса А слышно не было, власть получается нетрадиционным сакральным меньшинством, но это уже частность.
Впрочем, она объясняет технологию: конечно, от сектантов и пахнет иначе, раз у них кухня своя. Запах-то все и пропитывает: так пахнет налет сакральности, он-то и обволакивает государственные механизмы.
Но вот Саша Соколов... 6 ноября ему исполнилось 60 лет, отчего о нем и вспомнилось. А его вспомнишь — так и задумаешься: чем отличаются политические анализы, комментарии и интерпретации СМИ от «Палисандрии»? Чем отличаются личные колонки журналистов от «Школы для дураков»? Вот так и живет интеллектуальный мозг РФ, воспринимая события: между «Школой для дураков» и «Палисандрией».
Как уж все это случилось — не понять, но для общественного спокойствия следует выставить г-на Соколова в качестве ответственного за нынешние коллизии. Констатировав, что именно он ненароком заколдовал мыслящее отечество в момент временного ослабления сакральности власти. Только он ведь и не расколдует уже — как быть? Требовать, чтобы расколдовал?
Но есть другой шанс: датой написания «Палисандрии» он почему-то выставил 2004 год. Надо полагать, это срок действия чар: они развеются, и наступит время правды, сурово не приукрашенной стилистически.
