Премия «Муз-ТВ» была событием одновременно светским и демократическим. Светским, поскольку свет в нашей стране практически тождественен шоу-бизнесу. Соответственно, каждая музыкальная вечеринка собирает огромную толпу людей, одетых в бутиках. Гоша Куценко с двумя дамами сидит через два кресла от Ксении Собчак в шляпе, они благодушно смотрят представление и общаются в кулуарах.
В то же время это праздник тех, кто смотрит телевизор: полные трибуны людей, одетых на Черкизовском рынке, вопят в знак любви к своим кумирам и пьют в фойе пиво из пластиковых стаканов. В фан-зоне некрасивые девушки (красивые почему-то редко бывают фанатками) стоят, прижатые к металлическим ограждениям, весь концерт, получая от врачей ватки с нашатырем.
Идиллия, одним словом, возлегли овцы с волками.
Портило эту идиллию только одно обстоятельство: «Олимпийский» — здание не гламурное, а скорее готичное: огромный, обшарпанный и безжалостный советский стадион. Организовать в нем человеческую VIP-зону невозможно, кулуаров, в которых можно было бы пить тонкие вина, в нем нет, а уж как дамы в дизайнерских туалетах чувствуют себя на спортивных стульчиках, остается только догадываться.
Организация мероприятия тоже оставляла вопросы. Взять, например, встречу звезд на красной дорожке.
Огромные лимузины подъезжали к служебному входу в «Олимпийский», звезды выходили, большая группа фанатов встречала их плакатами «Фан-клуб Сергея Лазарева», маленькая — «Уматурман жжот» и «Превед, кросавчеги». Кто были эти люди? Понравились ли плакаты группе «Звери»?
Пришлись ли по душе великолепному Богдану Титомиру, который приехал на красной Lamborghini, в синем комбинезоне с золотыми аппликациями?
То же происходило и на сцене. Сцену эту еще надо было видеть. Грандиозный масштаб не передавался и на экране телевизора. По бокам от высокого подиума стояло два гигантских яйца, одно раскрывалось поперек в высоту, другое — вдоль в ширину. Вперед от сцены бежал язык, венчавшийся еще одним круглым объектом — таблеткой под футуристической трубчатой конструкцией. Артисты выступали и впереди, и сзади, и сбоку, и снизу, и поперек, и в яйцах, и на таблетке.
Выступления сопровождались пиротехническими изысками, во время сета «Тату», с которого началась церемония, cлучился настоящий артиллерийский обстрел, почти как у Rammstein.
Зато самим выступлениям не хватало грандиозности. Право слово, удивительно: и здесь тоже случилась бинарная оппозиция. Сценический конфликт был между теми, кто пел под фонограмму — им ее включали раньше, чем они успевали выйти на сцену и открыть рот, так что однажды даже пришлось повторить номер, — и теми, кто честно пел сам, промахивался мимо высоких нот и хихикал при удаче: «Надо же, спела...»
Не будем показывать пальцем на Лену Катину.
Во время выступления оборотня с гитарой Игоря Ивановича Сукачева, мечтавшего о баррикадах, раздевавшегося и кидавшегося стойкой с криком «Мы едины, мы непобедимы», о фонограмме прямо-таки мечталось.
Чем-то абсолютно цельным и непротиворечивым был разве что 50 cents — суперактуальная звезда, рэпер номер один после того, как Эминем слетел с катушек и сошел со сцены. Полтинник выступал с диджеем, напарником и девицей, качал рукой, читал что-то абсолютно непонятное, работал с языком и таблеткой, перемигивался со зрителями — звезда, в общем, как она есть.
Колоритнее всего, впрочем, был его охранник: очень большой и толстый человек, который всякий раз, когда 50 cents бросался вперед по языку, прыгал в публику и отпихивал всех от сцены, гоня волну отброшенных в сторону фанатов.
Отличный был сет, жаль только, что ни одного слова нельзя было разобрать.
Что же до самих премий, они, разумеется, релевантны: победителей выбрали телезрители sms-голосованием, голоса считали солидные аудиторы. «Тату» получили три награды — за лучший клип, лучшую песню и как лучшая поп-группа. Валерий Меладзе стал второй раз лучшим исполнителем, причем голос у него, кстати, лучше, чем у Баскова. «Уматурман» записала лучший альбом, лучше, чем «Вендетта» Земфиры (признана в РФ иностранным агентом). Пугачева получила за вклад в поп-музыку, дождалась-таки признания. Ее дочь, что странно, получила награду как лучшая певица.
Стоп. Минута молчания. Давайте представим себе человека, которому предложено выбрать из Земфиры, Кристины Орбакайте и Жанны Фриске, и он выбирает Кристину Орбакайте. Давайте представим себе десятки тысяч таких людей.
Конечно, Земфира предала нас, не выступает, записывает какую-то высоколобую заумь, променяла, по слухам, «Олимпийский» на куршевельские клубы — там и организаторы приличней, и денег больше. Конечно, она не появляется на премиях, не лезет в телевизор и не может поэтому получать телепремий. Но ведь люди, наверное, и правда так проголосовали? Не язвить же по этому поводу...
А ядовитее всего о церемонии сказал Рома Зверь, когда получал свою серебряную тарелочку. «2004 год, — разносился его голос по залу, — лучшая рок-группа «Звери». 2005 год — лучшая рок-группа «Звери». 2006 год — лучшая рок-группа «Звери»...»
О чем тут можно говорить?
