В 1964-м в Дюссельдорфе состоялась вошедшая в историю искусства ХХ века выставка-демонстрация «Kapitalistishe Realismus». Участвовали в ней нынешние классики Герхард Рихтер и Зигмар Польке, а показаны были перерисовки из таблоидов и холодные абстрактные композиции. Не прошло полувека, Латышев показывает современную российскую версию капиталистического реализма, очевидно ссылаясь на советский соцреализм.
В конце 80-х совсем молодые тогда художники Гия Абрамишвили, Андрей Яхнин, Борис Матросов и Константин Латышев образовали группу «Чемпионы мира» и заявили, что они первые во всем — от рисования картинок до битья морд окружающим. С этим можно было спорить, но с опаской — все как на подбор были высокие, под два метра красавцы, жуиры и бретеры. Картины они рисовали такие, что хотелось рыдать. Иногда от безудержного смеха, временами от экзистенциального ужаса. Живописью «Чемпионы», естественно, не ограничивались, предпринимая действия, имеющие более судьбоносное значение. Например, поехали в верховья Волги и нашли там ручеек, официально признанный истоком нашей великой реки. Перегородили его плотиной и отвели в сторону.
В результате в Каспийское море, скорее всего, впадает не Волга, а какой-то другой водный поток, которому надо искать имя. Волга же, миновав по водоразделу враждебную Литву либо Латвию, втекает в Балтику. Или исчезает бесследно в селигерских болотах.
«Чемпионы мира» просуществовали недолго, затем нырнули в бурно развивавшийся в 90-е рекламно-дизайнерский бизнес и сегодня проявляют себя в искусстве эпизодически. Латышев единственный, кто планомерно продолжает работать как художник. В чемпионы всех вселенных он не стремится, просто делает картинки, сразу узнаваемые, качественные и емко-едкие.
На «Капиталистическом реализме» представлены новые работы Латышева, сделанные в его обычной технике — принты на холсте. Они напечатаны в одном экземпляре, что противоречит натуре этой техники, предполагающей тиражность, зато делает их «имиджами», живущими и умирающими поодиночке. Что нарисовано? Нарисовано все правильно.
Юность олигарха. Покупка первого кольца «Тиффани». Доктор наук, копающийся в помойке. Афганский наркотрафик на Брянщине.
Акунинский британец с оксфордским пробором, рассуждающий, как Чернышевский, о полезном и изящном в новорусском обществе, и так далее. Все снабжено очень точными текстами и могло бы быть тут же помещено на обложки сочинителей вроде Оксаны Робски.
Экс-чемпион Константин Латышев попал клиентам под дых: выставка пользуется серьезным коммерческим успехом. Естественно, наши коллекционеры современного искусства еще не забыли, как таскали, челночничая, двухпудовые клетчатые сумки. А тот, кто копается в контейнере, будь он даже ненавистным преподавателем диалектического материализма, — куда от него деться по дороге в «Новую Ригу»?
По России ходит призрак, сам не знающий смысла своей смерти, и Константин Латышев его расплывчатые контуры обрисовал точно.
Вроде бы картинки нудные, как все постпоп-артовые изделия, но в них есть нечто странное. У его «имиджей» удивительная упругость. Они отталкивают. И, отталкивая, объясняют: «Да, мы ваши новые иконы, излучающие действительность, которую вы же и создали».
В Западной Германии в 1964-м, при Аденауэре, капитализация реализма была частью «немецкого чуда», приведшего к процветанию разоренной страны. В России в 2006-м любой реализм — иллюзия. Его изображения надо вешать в угол избы, о чем и говорит выставка Константина Латышева.
