Starsailor — одна из тех историй, которые ровно для того и существуют, чтобы поддерживать рок-н-ролльный миф. Группа встретилась в школе и начала играть инди. Что означает этот термин, никто никогда не узнает. Первоначально он означал, что группа не получила аванса от звукозаписывающей компании, потому что играла музыку скучную, заумную и плохо продающуюся, но сейчас это слишком общее определение — во-первых, авансы не получают самые разные группы, во-вторых, скучные группы получают авансы.
Скорее уж инди — это та музыка, которую ставят на полку «инди» в музыкальном магазине, то есть любая.
Сначала были басист и ударник, потом к ним присоединился солист Уолш — бедняге пришлось научиться играть на гитаре, потому что хорошего гитариста группе найти не удалось. Зато удалось найти учителя дзюдо, церковного органиста Барри Уэстхэда. Это событие считается поворотным пунктом в истории группы — отчасти потому, что он действительно умел играть, отчасти потому, что теперь никому и в голову бы не пришло отлынивать от репетиций.
А вторым поворотным пунктом стало свидание с журналистом из журнала NME.
Журналист заявил, что голос Уолша похож на гудение и подрагивание эмоционального телеграфного провода, что ребята любят рок-н-ролл, хоть и играют инди, и что это новая надежда английского рока.
Дальше все пошло по нарастающей — приглашения на фестивали, небольшая драка между лейблами, по результатам которой группа подписала контракт с EMI, запись трех альбомов с очень щедрыми по меркам жадных звукозаписывающих менеджеров паузами между альбомами, сольные концерты, концерты на разогреве у Manic Street Preachers, концерты на одной сцене с Rolling Stones и альбом, записанный с самим Филом Спектором в качестве продюсера. Каждый школьный рокер мечтает о таком журналисте, о такой истории.
Были и провалы. Однажды, например, Ноэль Галлахер заявил, что Уолш — петух (cock; слово это можно перевести и как «мужской половой орган»).
Сказал он это в интервью все с тем же журналом NME, потом попытался от своих слов отказаться, потом в разговоре с Уолшем заявил, что действительно назвал его петухом (мужским половым органом). А Уолш не избил его до полусмерти, очевидно решив поберечь пальцы, чтоб бегали по грифу, и носоглотку, чтобы сохранить характерную красивую гнусавость голоса. По идее это должно было стать катастрофой, поставить крест на его карьере. С другой стороны, до успеха группы «Oasis» Starsailor как до луны. Как жаль, что на месте Уолша был не клавишник-дзюдоист.
Кстати, о клавишах. Группы, созданные клавишниками, или такие, в которых именно клавишники расставляют акценты и решают, как играть, имеют очень интересные особенности. Они почти всегда немножко тяжеловесны, немножко рассудочны, не так примитивны, как группы плохих гитаристов (таких большинство), но и не обладают такой сырой энергией. Это группы людей, которые потратили очень много времени на получение профессиональных навыков, и очень ими дорожат. И нужно быть действительно гением, вроде Манзарека, чтобы при всем этом получить полет, свободу и истинную красоту. Уэстхэд — не Манзарек, музыка его демонстрирует любовь к стандартам и творчеству многих поколений, грубых слов, вроде «вторичный», мы говорить не будем.
Но если с другой стороны посмотреть — это же уникальная группа.
Она звучит, как рок-группа с электроорганчиком могла звучать в любой день последних тридцати, если не сорока лет. Это не модное ретро — это какое-то вневременье, в котором семидесятые и восьмидесятые, но без всяких гнусностей типа фанка, переплелись в эдакий мощный букет. На этот концерт не стыдно было бы привезти папу, старого рок-н-ролльщика и фаната ранних «Дип Перпл». Ему бы, скорее всего, не понравилось, но он бы понял и узнал каждую ноту.
