Когда речь заходит о джазовых авангардистах, в голове, словно эхо прошедшей войны, начинает звучать что-то вроде музыки Джона Зорна или другого родственного ему рыцаря атональных гармоний и противоестественных ритмов.
Но поскольку слово «авангард» не означает ничего определенного, из этого правила есть исключения. Первая мысль, возникающая при прослушивании канадских джазовиков Tin Hat (количество участников в группе варьируется — в Москву их едет четверо, поэтому к названию добавлено слово «quartet»): эта музыка идеально подошла бы для саундтрека к прошлогоднему шедевру Терри Гиллиама «Страна приливов» — современной «Алисе в стране чудес» с наркоманами и взрывающимся поездом. Не в поездах, понятно, дело, а в мире глазами ребенка, где все очень зыбко, и предметы самым непредсказуемым образом, преображаясь, меняют свои обычные свойства.
Так и у Tin Hat — не успеешь оглянуться, как сквозь приглушенные балканские мелодии проступают отсылки к «Болеро» Равеля, а через атональные скрипичные пассажи все яснее и яснее виднеется страстное танго.
Конечно, как любые современные джазовые авангардисты, они разбавляют свою музыку странными, неожиданными звуками, и время от времени кажется, что музыкальное полотно того и гляди распадется на вскрики и нестройный бой ударных. Но тут же музыканты подхватывают свою падающую башню, возникает совершенно новая мелодия, которая оказывается еще краше прежней, а то нет-нет да и запоет тихий, вкрадчивый женский голос.
Вкрадчивость это как раз очень подходящее для них слово. Они вообще все делают очень вкрадчиво. Вкрадчиво играют, осторожно пробираясь к самому сердцу слушателя, вкрадчиво поют, если с ними, конечно, нет участвовавшего в некоторых записях Тома Уэйтса.
Кстати, с ними за 10 лет успели сыграть и спеть очень многие. В их записях участвовали, к примеру, уже упомянутый любимец московской публики, священный безумец от джаза Джон Зорн и его не менее сумасшедший друг Майк Паттон.
В отличие от перечисленных гостей их записей, Tin Hat принципиально существуют только в акустическом звуке. Причина такого ограничения проста — электронный звук слишком неуправляемый, а при игре на акустических инструментах музыкант способен извлечь те звуки, которые ему необходимы, и обходиться с ними по своему разумению.
В Москве группа выступит в клубе «Дом», известном специфическим набором играющих там музыкантов. Но если обычно там звучит свирепый нойз или всевозможные разновидности этники, то на этот раз у слушателей будет возможность расслабиться, пока Tin Hat преображают пространство в мир сновидения, временами сумбурного, но удивительно приятного.
