Цивилизация
На стекле касс зала имени Чайковского висела табличка с фотографией и надписью «Не покупайте билеты у этой гражданки». При этом оригинал фотографии можно было увидеть неподалеку - у дверей здания. Причем, похоже, без клиентов она не осталась. А вот без билетов все-таки остались многие - зал на концерте Бобби Маферрина был переполнен.
Перед концертом москвичам пообещали, что по их многочисленным просьбам представление пройдет без антракта и они везде-везде успеют.
После этого свет в зале погас, а на сцене единственным кругом света высветился стул с лежащим на нем одиноким радиомикрофоном. Через пару минут на сцену молча вышел Макферрин в линялых футболке и джинсах, молча же сложил вместе ладони, поклонился, уселся на стул и запел. Неизвестно, кого на этом концерте было больше – тех, кто пришел на «легендарного вокалиста-импровизатора» или поклонников «бессмертного хита Don't Worry Be Happy». За то время, пока Бобби, имитируя то дудук то флейту, пел первую композицию этнического, что ли, толка, предсказать реакцию собравшихся было невозможно. В воздухе повисло напряжение и совершенно кромешная тишина. Когда время первого номера истекло, что-то изменилось – академический зал взорвался невероятной овацией и криками, в нем почти физически стало гораздо теплее.
То, что происходило дальше, можно описывать последовательно, можно вразнобой, но лучше всего, конечно, все это, простите, видеть.
Певец отпел еще несколько импровизированных номеров – от джаза до латины и оперных арий. Потом на сцену с красной розой в руках вышло чье-то чадо лет пяти. Его Макферрин усадил на колени и попросил спеть что-нибудь. В следующей композиции Бобби к вящему восторгу собравшихся использовал, как бы это сказать… сэмпл его голоса что ли. Потом пришло время танцев. «Кто хочет потанцевать здесь со мной?» На сцену вывалила добрая пара десятков человек. «Я просил кого-то одного… Ну, ладно…» Испугались подвигать телом только две женщины, которые должны были стать последними, но на них, кажется, даже никто не обиделся. Дальше были номера с пианистом и ксилофонистом, а ближе к финалу зал по воле Бобби без единой фальшивой ноты спел «Аве Марию».
Конечно, его не хотели отпускать.
Выйдя на бис, певец попросил задавать ему вопросы. Говорил о том, что смысл жизни в том, чтобы найти в ней Бога, что «Don't Worry Be Happy» ему смертельно надоела, но все же спел вместе с залом вступление к хиту. В финале, отвечая на один из вопросов, он таки раскрыл свое творческое кредо. «Я пою всегда и везде, подражаю птицам, музыкальным инструментам… Иначе какой я тогда певец. Пойте свои любимые песни, музыку, звучащую у вас в голове и даже песни, которые никогда не слышали», — заявил мастер.
И тут все стало на свои места.
Дело в том, что от Маферрина как-то подсознательно ожидали хепенинга, веселого развлечения, а получили почти священнодействие, хоть и сходное по настроению. Этим он был сродни мамоновскому саксофонисту Селиверстову из давнишнего «Такси-блюз» Павла Лунгина. Тот тоже говорил, что может сыграть всю нашу жизнь. 58-летний Маферрин, в своих дредах похожий на коренного ямайца с голосом гарлемского интеллигента, эту жизнь поет. И жизнь эта кажется чуть лучше и счастливее обычной.
