Цивилизация
Китайский цирк часто выступает в Москве, но публика каждый раз смотрит на это, разинув рты: больно ловкие тут девочки и мальчики, чьи акробатические игры по степени риска напоминают голову дрессировщика в пасти льва.
Труппа из города Ханчжоу – это акробаты, танцоры, борцы и жонглеры в возрасте от 13 до 25 лет (критики обычно пишут: не взрослые работают в этом цирке для детей, а дети для взрослых). Традиционный цирковой круг им не нужен: китайцы, по их собственным словам, могут выступать где угодно, даже на кухне, не теряя при этом зрелищности. Техническая составляющая трюков позволяет нагнетать исключительность уже при напоминании о мобильниках: дорогие зрители, выключите средства связи, потому что звонок во время сложного номера может привести к несчастным случаям.
Слагаемые успеха китайского цирка? Прежде всего — экзотический колорит.
И не важно, что он поверхностный, типа псевдорусских танц-концертов в кокошниках и косоворотках, успешно экспортируемых с нашей родины куда-нибудь в далекую Австралию, на радость тамошним аборигенам. Это же шоу, а в нем свои законы. Главное – разлить публике по тарелкам чего-то непривычно красочного. Чтобы на душе стало, как в песне Бориса Гребенщикова: «Я сжег свой пентхаус, растоптал в пыль часы и вышел гулять в туман над Янцзы».
Китайский цирк в этом смысле идеален. Чтобы им восхищаться, не нужно вникать в сюжетную основу номеров (не все же знают нужные мифы и легенды), достаточно краем уха прослышать про специфические слова «инь» и «янь» (мужское и женское начала как неразрывные половинки мироздания). Китайцы на инях и янях строят свою рекламу, а народу интересно, каким боком мудреные понятия привязаны к самому массовому жанру.
За колоритом идет зрелищность: женские костюмы отсылают к цветущим персиковым деревьям на Янцзы и к изумрудным вербам на столь же великой реке Хуанхэ. Девушки и впрямь как персики: мило сияют улыбками и тихо качаются, словно спелые плоды на ветру. Мужчины же, разодетые в пестрых демонов в зловещих масках, демонстрируют мужественность, принимая позы восточных единоборств. Прибавьте немного китайской музыки с европейской перкуссией и вперемежку с западными мелодиями — элементы Запада попадают к шоу для доступности.
Не забудьте репутацию: актеры из Поднебесной много раз брали золото на всемирном цирковом конкурсе в Монте-Карло, да и вообще в мире цирка, как принято считать, существуют два супертяжеловеса – заокеанский цирк «Дю солей» и китайцы.
И на этом фоне оцените заученную непринужденность исполнителей, которые, правда, на этот раз допускали осечки. По слухам, китайских циркачей обучают в специальных интернатах с пяти лет. Власть в Китае вообще гордится, что вот было две тысячи лет подряд уличное искусство, а стало дело государственной важности — в каждой провинции по цирку, и все наперебой покоряют мир.
Самое приятное в представлении, что зрителя обманывают в его житейских ожиданиях. Вот пара десятков гимнасток, вертящих в руках сразу по нескольку тарелочек на палочках. Они и приплясывают, и образуют два яруса, и лихо закидывают ногу за руку, а руку за ногу. Зритель ждет, что хрупкий китайский фарфор вот-вот шмякнется на пол и разобьется, но этого не происходит, хотя одна артистка, взбираясь на плечи товарки, тарелки уронила. Акробатки, разодетые словно райские птички, взгромождаются друг на друга в четыре этажа, свиваются узлами и прогибают спину, так что тело образует колесо. В пресс-релизе картинка описана так: «искусство гуттаперчевых гимнасток заставляет вспомнить великие легенды о секретах императорских наложниц».
То есть на шоу можно подучиться и технике секса, а Камасутра при этом отдыхает.
Есть номер, скрещивающий балет с цирком: девушка в пуантах на кончике одной ноги держится на плече, а потом и на лбу партнера. По законам баланса это вроде бы невозможно. Но стоит же! Такой нежный лебедь, в процессе репетиций натирающий туфлей страшные черные мозоли на мужском теле.
Что еще? Номер с бокалами, которые во множестве держит на пятках, в руках и в зубах акробатическая девушка, изображающая змею. Мужчины на одной руке и без помощи ног лазают по трехметровым шестам так непринужденно, как другой возлежит с книжкой на диване. Или с разбега ныряют в металлические кольца, не забывая на вылете сделать двойное сальто. А вот еще: покачиваясь на доске, положенной на неустойчивый валик, жонглируют шляпами и тарелками, кидая их себе на головы по пять штук за раз, нанизывая предметы высокими стопками. Напоследок на макушку изящно забрасывается стаканчик с чайной ложечкой.
Эта труппа, как и китайский цирк вообще, не имеет дрессированных животных и коверных клоунов.
Шоу без животных – мировая тенденция и общее будущее жанра: «зеленые» и экологи убедили цивилизованный мир, что мучить живность дрессурой нехорошо. Китайцы со специализацией на акробатике наверняка обгонят конкурентов с тиграми, лошадьми и слонами. Тем более что смотреть шоу из Поднебесной, даже в типовом гастрольном чёсе, столь же забавно, как есть палочками какое-нибудь не самое дешевое китайское блюдо. Например, сырые мозги обезьяны.
